Ирина встала и вышла из комнаты. Спустя минуту мягко цокнул замок закрывающейся входной двери. Со стороны лестничной площадки прогремели ключи, и наступила тишина. Гуров приготовился к тому, что Серов как-то объяснит поведение своей жены, ну или хотя бы внесет хоть какую-то ясность в возникшей ситуации. Обычно воспитанные люди так и делают – сглаживают углы перед невольными свидетелями. Но глава Управы, кажется, вообще ничего не заметил.
– Да уж, – пробормотал он. – Убили Шлицмана. Убили…
– А почему вы решили, что у него сердечный приступ? – спросил Гуров.
"
"– Это не я решил, – вскинулся Серов. – Это люди сказали. Ну а что можно было еще подумать? Он был немолод, выпивал. Вполне вероятная причина смерти.
Поднатужившись, он встал с дивана, прошел к столу и поставил на него свою чашку, но после снова вернулся к дивану. Поднял пиджак, поискал что-то в кармане и достал пачку сигарет.
– Вы курили на выпускном, я видел, – обернулся он. – Будете?
– Воздержусь.
– А я вот никак бросить не могу, – посетовал Серов, выудил из брюк зажигалку, прикурил.
Покрутился на месте, ища пепельницу, и обнаружил ее на одной из полок. Громыхнул ею, поставив на центр стола, и наконец успокоился.
– Дело было в этом году, – начал он, усевшись на стул и забросив ногу на ногу. – Ну когда… примерно в сентябре все и началось. Нет, не в сентябре, а позже. Но именно в начале учебного года мы решили, что дочери нужны репетиторы – к ЕГЭ она была совершенно не готова.
В начальной школе она была прекрасным во всех отношениях ребенком. Я тогда в муниципалитете работал. Должность была не шибко важной, но карьерой я, конечно, занимался серьезно. Но и время дочери уделял немало. Ирка же у нас туризмом увлекалась с юности. В первый после рождения Олеськи поход мы отправились, когда ей было всего полгода. Три дня в палатке пролетели как один. И ничего страшного не случилось. А вот после четвертого класса девку мою как подменили. Замаячил подростковый возраст, появились новые увлечения, мальчики, записочки, какие-то духи она себе купила.
Все казалось, что пройдет – другие же родители как-то справляются, верно? Вот и мы думали, что выплывем. Тем более что дочь все еще интересовалась учебой. Худо-бедно, с тройками, но каждый учебный год заканчивала. Правда, плохих отметок становилось все больше, а замечания от педагогов прилетали все чаще и чаще. Ира сказала: «Дочь надо показать психотерапевту».
