Это были миниатюрная и хрупкая женщина в платье в горошек, в платке из легкой органзы и в темных очках и высокий мужчина в летнем светлом костюме поверх светлой же рубашки. Женщина судорожно начала открывать дверь ключом, когда вслед за этой парочкой в зону видимости Крячко вошел и Гуров."
"– Алина Сергеевна Сенечкина? – с улыбкой поинтересовался Станислав, спокойно спускаясь по лестнице.
Женщина на мгновение замерла, но потом повернула к нему голову и ответила так же спокойно:
– Да, это я. А вы из ЖЭКа? Это вы нам звонили?
– Да, это мы вам звонили, – ответил за Станислава Лев Иванович, подходя сзади таким образом, чтобы отрезать путь Сенечкиным к отступлению, если они вдруг надумают убежать от них.
– Но мы не из ЖЭКа, а несколько из другой структуры.
Муж Сенечкиной, Алексей Иванович, повернулся на голос Гурова и спокойно сказал:
– Значит, предчувствия меня не обманули. Аличка, – он опять повернулся к жене, – приглашай товарищей в квартиру. Или мы сразу к вам? – Алексей Иванович протянул Станиславу скрещенные руки, давая понять, что готов к тому, чтобы на него надели наручники.
– Нет, – покачал головой Крячко. – Приглашайте к себе. А потом уже видно будет.
Аличка Сергеевна открыла входные двери, и все четверо вошли в коридор небольшой, но довольно уютной двухкомнатной квартиры.
– Хотите чаю или кофе? – как-то буднично и душевно поинтересовалась у полковников хозяйка квартиры. – Вы пока в гостиную проходите, а я чайник поставлю. Да вы не бойтесь, – повернулась она к Крячко, когда тот направился следом за ней на кухню, – не убежим мы с Алешей никуда.
Мы ведь к тому, что нас рано или поздно вычислят, с самого начала были готовы. Хотите, бутерброды приготовлю? – спросила она. – Вы ведь с самого утра в Чаплинске и, наверно, голодны.
– А откуда вы знаете, что мы не местные и в вашем городе с самого утра пребываем, а не только что подъехали? – Крячко наклонил голову на бок и с интересом посмотрел на эту хрупкую, но сильную духом женщину.
– Так ведь нам Нестор Петрович звонил и сказал, что к нему из Москвы оперативники приходили и про всех уволенных актеров из театра спрашивали. Про конверты с деньгами узнавали.
– И вы, зная, что вас с мужем разыскивают, все равно приехали домой после нашего звонка, а не стали прятаться и дальше? Почему? – искренне удивился Станислав.
– А какой смысл? – Алина Сергеевна посмотрела на Крячко ясными, большущими зелеными глазищами, словно в душу заглянула.
