– Но только отчего же он новый-то? Старый у них номер, давнишний еще.
– Ну, не знаем, сколько раз звонили, а никак не можем дозвониться, – развел руками Лев Иванович.
– Может, вы какую-то одну цифру не ту набираете, вот и не можете дозвониться, – старушка выжидательно посмотрела на полковника.
– Может, и так, – вздохнул Гуров и попросил: – Вы нам их номер телефона продиктуйте, а мы посмотрим, где ошибочка.
Старушка молча ушла в глубину квартиры и вернулась оттуда через пару минут.
– Глаза у меня плохо видят.
Вы сами поищите номерок Алички. Она там так и записана – Аличка, – соседка протянула Крячко телефон.
Станислав быстро нашел нужный номер и забил его в свой телефон.
– А у соседей, которые над Сенечкиными живут, номер телефона Алички есть? – на всякий случай спросил он старушку.
– У Караваевых-то? Думаю, что нет. Они не общаются с Аличкой и Алешенькой. Они алкоголики оба, а сынок у них наркоман. Нет, не общаются они.
– Ну хорошо, спасибо вам. Будьте здоровы, – попрощался Гуров с соседкой.
– И вам дай Бог здоровья, – ответила словоохотливая старушка.
На улице Крячко достал мобильник и позвонил Сенечкиной.
– Алина Сергеевна? Это из ЖЭКа вас беспокоят. Телефон нам ваша соседка дала. Это срочно. Вы когда будете дома? Тут вас соседи сверху затопили. Мы пока им перекрыли воду, ремонтировать будем, но нам нужно посмотреть, что у вас в квартире творится, чтобы протокол составить…
– Какой протокол? – насмешливо спросил Гуров.
– У них это акт называется.
Крячко, слушая, что ему говорят на том конце беспроводной линии, только махнул рукой, а потом ответил в трубку:
– Хорошо, мы вас тут дождемся. Пока ремонтом займемся. Ждем. – Он отключил связь и рассмеялся: – А ведь чуть не спалился! По привычке ляпнул протокол вместо акта. Но она вроде бы как не заметила. Сказала, через полчаса-час подъедут. Так что, Лев Иванович, ждем наших Деточкиных, а вернее, Сенечкиных тут и о перекусе забудем до вечера.
– Да, что уж там, – махнул рукой Гуров. – Первый раз, что ли?
34
Ждали они Сенечкиных по всем оперативным правилам – Гуров остался на улице и, сев на лавочку у подъезда, внимательно следил за подъезжающими машинами и подходящими к подъезду людьми, а Крячко поднялся на площадку второго этажа и присел на верхнюю ступеньку пролета. Ждать пришлось минут сорок, а потом Станислав увидел, что к квартире Сенечкиных торопливым шагом подходят двое.
