Я мог бы ему многое рассказать, но понимал, что буква закона, люди в форме мне не помогут, они только усугубят ситуацию, которая сложилась вокруг меня.
— Уверен. Наверное, дети баловались и случайно устроили пожар. Всякое бывает, — жизнерадостно улыбаюсь будто это не у меня только что сгорел до фундамента ресторан, куда было угрохано столько денег, что всем тут присутствующим и не снилось. Защитная реакция? Да нет, это просто единственный способ себя контролировать, выдавливать из себя беспечность, когда хотелось убивать, не всех подряд, а конкретно одного человека.
Убивать медленно, растягивая это противозаконное, антигуманное развлечение: пытать человека, но не дать ему умереть. Кровь во мне забурлила, как вскипающая лава в давно затухшем вулкане. Могут извергаться якобы мертвые вулканы в природе? Не знаю, но я готов был вернуться к своей деятельности, хотя поклялся, что Каюм мой последний заказчик. Но сейчас заказчик особенный человек: я сам.
— Как ты думаешь, кто мог так на тебя зуб точить? — рядом возникает Тим, как только основная масса толпы схлынула с места происшествия.
— Я просто голову сломал, но так и не смог прийти к единственному имени. По идеи каждый, кто с тобою хоть раз имел дела, чуть-чуть имеет зуб, но не настолько, чтобы по нарастающей тебе пакостничать. Может это ревнивая бывшая, например, Стася? С тех пор, как ты «женился», тебя ни с кем не видели, кроме жены.
— У Стаси столько бабла не хватит, чтобы так долго меня доставать. Нет, Тим, не оттуда дует ветер. Меня радует только то, что трогают лишь меня, но и беспокоит это.
Кто знает, вдруг моему недругу взбредет в голову доставить неприятности через близких людей.
— Мы присматриваем за ними, но ребята ничего подозрительного не увидели.
— Пусть присматривают и дальше, пока я не разберусь с этим вопросом. Я не хочу однажды обнаружить, что их похитили, избили или убили. Убью потом сам, — поворачиваю голову к Тиму, прищуриваюсь. — Убью каждого, кто не уберег, и кто только пальцем тронул.
— Не кипятись! — стушевался мой приятель, слабо улыбаясь.
Боится черт, понимает, что я на грани. — Я не говорил, что мы съезжаем с темы.
— Ладно, мне надо по делам, я на связи! — хлопаю Типа по спине, потом протягиваю руку для пожатий. Он жмет, удерживает и смотрит на меня напряженным взглядом.
— Только без глупостей, Шерхан! — оскалился, вмиг поняв, что он знает имя того, кто меня достает. Жгу его уничтожающим взглядом, давлю, как на мелкую букашку, Тим не выдерживает и отводит взгляд в сторону.