В благодарность за спасение тобой Марии Ивановны. Так что, теперь это наша вотчина.
— Хорошая новость, — улыбнулся я.
— Ладно, сын. Твоя правда, разобраться с этим стоит, а в стражу я не верю, — вновь заговорил отец. — Ефима бы к тебе приставить.
— Нет уж, пусть он при матушке будет, — поспешил я откреститься от боевого холопа.
— Ну может тогда Илюху?
— Этот города не знает, за ним за самим глаз да глаз нужен будет. Правда, Батюшка, мне одному сподручней будет. Я вон к Эльвире Анатольевне обращусь, если понадобится.
Ей-то поди вы доверяете.
Семнадцатилетний пацан, рассуждающий насчёт таких серьёзных вопросов? И при этом с его мнением считаются? Так и есть. Во всяком случае, в нашей семье меня уже давно не воспринимали как парубка, нуждающегося в постоянной опеке, а держали за взрослого и самостоятельного. А уж после того, как вызволил сестру, мои позиции и вовсе подскочили на несколько пунктов. А тут ещё и схватка с одарённым убийцей и его помощниками, оставшаяся за мной.
— Пётр давай мой амулет переделаем под «Кольчугу», — предложил отец.
— Не нужно, батюшка. Деньги у меня есть, так что сегодня же прикуплю стальную кольчугу, чтобы под одеждой носить, никаким ножичком не дотянутся. А так-то я тоже не подарок, сам ведь знаешь.
— Вырос ты сынок, — провела рукой по моим волосам мать…
Когда вышел на улицу, там ко мне подошли всполошённые Мария и Лиза. Однако, как ни любопытно им было, обстоятельной беседы не получилось. Времени в обрез. Поэтому сестру сдал на руки родителям, великую княжну, сопровождавшим её компаньонам, а сам побежал по делам.
И в первую очередь в оружейную слободу. Нужно выполнять данное обещание, ну и поспокойней так. Кольчужная майка движений практически не стесняет, конечно если носить её умеючи, но с моей памятью это не проблема. Зато реально прикроет от ножей жизненно важные части тела.
— Здравия, дядька Василь, — войдя в трактир, поздоровался я с хозяином.
— И тебе поздорову, Шелест. Я гляжу, тебе всё неймётся.
— Да я-то тут при чём, сами вяжутся.
Ты же знаешь, я сам никого никогда не задевал, но и спуску не давал.
— Ну-ну. Береста просил сказать, что ждёт тебя в известном месте.
— Ага, спасибо.
— Перекусишь?
— Не проголодался ещё. Вот закончу, а тогда непременно.
— Ну, беги.
Известное место, это берлога на старом пепелище. И ждать Береста меня там может только по одной причине, они сыскали небезызвестного Груздя. Теперь залётный ждал своей участи за беспредел.
