- Правда? – Фатима снова смеется на мой вопрос и только кивает головой.
- Правда, идем вниз, сколько дней ты уже нормально не ела? Так нельзя, - строго заявляет девушка, направляя меня по широким, ветвистым коридорам этого странного и чужого для меня дома.
Она не торопится, поэтому до кухни мы идем минут десять. Я успеваю с любопытством вертеть головой и замечаю, что дом действительно очень большой. Наша квартира в Москве тоже немаленькая, но все же не имеет таких размахов, как жилье моего супруга. Не могу сказать, что мне не нравится, тут и впрямь красиво… только вот неуютно.
Когда мы достигаем кухни, Фатима начинает по-настоящему суетиться. Усаживает меня за стол и начинает уставлять его тарелками с разнообразными блюдами. Ни одно из них мне неизвестно, и я не рискую начать что-то из этого есть.
- А просто сендвичей нет? – неуверенно тяну я после чего получаю шокированный взгляд Фатимы.
- Сендвичи? – переспрашивает она, на что я киваю.
- Нет… - растерянно отвечает она. – Я думала угостить тебя нашими традиционными блюдами… нездоровая пища у нас не водится, папа ее на дух не переносит. Да и Шамиль тоже…"
"- Вы всегда едите только… это? – я киваю в сторону больших тарелок, ломящихся едой. Какая-то жидкость, похожая на подливу с кусками мяса, странные белые прямоугольники то ли из риса, то ли еще из чего, покоящиеся рядом, дивного вида крученные лепешки, без понятия, сладкие или соленые на вкус…
Господи, кто-нибудь, дайте мне кусок пиццы!
Фатима еще некоторое время с подозрением разглядывает меня, а затем пожимает плечами и будто сдается.
- Конечно, я могу тебе сделать бутерброды с чаем, но все, что ты видишь перед собой – это то, чем питаются папа и Шамиль. Мы так привыкли. Так как ты вышла замуж за моего брата, учти, все это придется научиться готовить.
- Как же… - шепчу я в ответ. Так тихо, чтобы меня не услышали.
- Шамиль хоть и живет последние годы в Москве, но ест только нашу еду: либо заказывает у своих, либо готовит сам, - рассказывает мне Фатима.
Я в этот момент думаю о том, как было бы хорошо, не появляйся ее братец на свет. Никогда.
- А ты умеешь все это готовить? – не знаю, зачем спрашиваю это, наверное, хочу занять мысли хоть чем-то.
- А кто же это все по-твоему готовил? – Фатима оборачивается на меня и широко улыбается.
- Я думала, прислуга… ты же говорила…
- Нет! – тут же качает головой Фатима.
