То, что волосы темнее и фигура хорошая, не значит, что мне стоит бросаться на неё с кулаками. Хотя, признаю, с таким актёром на роль Димы это хоть смысл имеет.
Ну и бред!
Может я головой ударилась так сильно, что слегка с ума сошла? И так моя психика защищается от потрясений? Заменяет Диму на другого человека, чтобы было легче отпустить его?
Ладно, плевать. В любом случае сошлись два важных условия: я не хочу здесь находиться и мне тут не рады. Муженёк заикнулся о том, что что-то мне оставляет? Вот и ладненько.
Уже не на улице оставаться.
— С первого дня было ясно, что от тебя толку не будет! — немного неуверенно продолжает новая хозяйка. — Ты же никто! И звать никак!
Кажется, пытается уколоть побольнее. Нет, всё же хорошо, что для меня она — незнакомка. Выпали что-то подобное моя Ника, я бы ей совершенно заслуженно повыдёргивала наращённые дорогущие волосёнки. А этой нет, не хочется. Она мне почти чужая. Как и… Эридан, да?
— А ты сама-то кто?
Вопрос обескураживает любовницу. Я явно ломаю что-то в её планах на разговор.
Практически слышу, как с хрустом проворачиваются мысли в её голове. Я её конечно не знаю как человека, но, учитывая ситуацию чести ей этот поступок точно не делает. Я ещё из дома не вышла, а она уже моего мужика к рукам прибрала. Хотя Ника оказалась куда большей дрянью. Рассказывала про Париж, а сама ждала, когда же я сдохну.
— Ты за дуру меня держишь? — огрызается красотка.
— Нет. Мне правда интересно, — пожимаю плечами.
— Никоэлла Далора арн-Модар! — вздёргивает точёный носик.
Вот чёрт… Она и тут до Ники сокращается… Ладно, пёс с ней.
— Хорошо. А я кто?
Задаю вопрос, невинно хлопая ресницами. Я уже понимаю, что для неё это звучит как издевательство, но на самом деле мне и правда интересно.
— Надеюсь, та развалина, что Эридан швырнул тебе как тухлые объедки, рухнет на твою башку, Элизабет! — в сердцах выкрикивает она и вылетает из комнаты, сердито стуча каблучками.
Истеричка какая-то. Похоже она и правда дура. Разговора не состоялось, раз я действовала не по сценарию.
Ну и ладно.
Я снова поворачиваюсь к зеркалу, вглядываясь в отражение. Надо к нему привыкать. Очень радует, конечно, что сейчас я не похожа на воскрешённый некромантом труп, но и без этого видок у меня слегка… всклокоченный. Если принять правила игры и держать в голове, что у Элизабет, которой меня все называют, сложный этап расставания с мужем, то можно сделать вывод, что она много плакала последние дни.
