Он богат, если есть такие деньги на простого водителя. Он обаятелен (скорее всего), потому что на него вешаются девчонки. Даже в кафе, когда мы распрощались, к нему подбежали две девицы и стали что-то спрашивать. Я лишь могла закатить глаза, топая обратно на работу. И еще у него были проблемы с ногой. И это все, что я знала о нем. Сказать Лидке – значит подставить себя и показаться полнейшей дурой, которая купилась на красивые картинки и напрочь потеряла связь с мозгами."
"– Платят хорошо. И работа непыльная. Так что все детали после, – заявила я, подскочив с места.
– Давай свои пакеты. Надо бы ужин приготовить.
– Ой, Сонь, что-то ты не договариваешь, – пробубнила Лида, но больше не стала допрашивать, хотя за оставшийся вечер не раз пыталась поднять тему о моей новой работе.
Все, что я могла ответить ей, так то, что из кафе я ушла окончательно, а с подработки у дяди – лишь взяла перерыв. Вдруг, если дело не пойдет, то будет хотя бы куда вернуться. Все же не стоит обрубать все концы разом.
– Доброе утро, Со-ня! Надеюсь, ты получила мое сообщение и не опаздываешь?
Я, прижав руку с телефоном к уху, вылезала из маршрутки и поглядывала на расположившуюся через несколько домов высотку.
– Нет, не опаздываю. Буду у вас через пять минут.
– Отлично! – голос Кирилла резонировал с тем настроением, с которым я встретила его впервые несколько дней назад.
Сбросив вызов, я устало вздохнула, чувствуя себя вспотевшей и помятой после получасовой езды в битком набитой маршрутке, и быстрым шагом направилась к дому Кирилла.
Сегодня мой первый рабочий день, и я без понятия, как должен вести себя личный водитель, что говорить, что носить и когда приезжать. Может, мне нужно подготовить машину, а я ногами еле-еле перебираю?
Ускорившись, почти бегом добралась до дома Кирилла и вновь набрала его номер. Ведь во вчерашнем сообщении была лишь информация, что я должна приехать к девяти утра к нему домой.
– Да, Со-ня?
Скривившись, я выдохнула.
– А квартира у вас какая?
– Перестань выкать, Со-ня. Сто шестнадцатая.
Двенадцатый этаж.
– Хорошо, – едва сдержавшись, чтобы не фыркнуть, вошла в лифт и нажала кнопку. Взглянув на зеркальную панель, нахмурилась: выглядела я так, будто гналась за маршруткой, а не тряслась в ней. Волосы спутались, на лбу проступила испарина, брюки помялись, а рубашка задралась. Наспех поправив одежду, выскочила на нужном этаже и приблизилась к двери.
Подняв руку, на секунду замерла.
Появилось сомнение, которое грызло меня всю прошлую ночь.
