— Ну как? — сразу спросил Сирс, понижая голос.
— Все в порядке, теперь мы по одну сторону, — улыбнулся Веллингтон, садясь на свое место.
— Как насчет выпить? — спросил Маккензи.
— Слышать это от тебя мне особенно приятно, — сказал Веллингтон, снова вызывая веселье. Теперь улыбался даже этот молчун.
— Никогда не мог понять, что вы, бледнолицые, находите в перезрелках?
— Наверно, это невозможно объяснить, — пожал плечами Веллингтон, поднимая наполненный стакан. — Просто они нам очень нравятся. За савоярок!
Выпили за савоярок, закусили, и Сирс, которого передернуло от крепкого стерха, сказал:
— Тут вечером вторая бригада нарисуется.
Мы с ними все осторожненько перетрем, но ты со своей ржавой пушкой будь наготове. Они, конечно, нам камрады, но сам знаешь, как это бывает. Тут наверху у Кролика комнаты есть, заплати ему малую копеечку и посиди там, якобы на ночлег встал, но, если тут муть какая поднимется, спустишься с пушкой.
К заведению подъехал микроавтобус, из которого вышли двое коротко стриженных савояров и стали выгружать вязанные в узлы вещи.
— Барыги, что ли? — повернулся к окну Сирс.
— Не, это сами воры прибыли, — возразил Парагон. — Без барыг обошлись, так больше выгадают.
Навстречу гостям из лавки выбежал Кролик.
— Ишь, как пляшет — поживу почуял! — заметил Сирс.
Когда Кролик рассчитался с ворами и те уехали, в лавку зашел Веллингтон и попросил одну из комнат.
— Вот как? Понравилось вам у нас? — заулыбался Кролик.
— Просто с ребятами выпил и решил не торопиться.
Может, вечерком еще добавлю.
— Пожалуйста, мы только «за»! Вот вам ключик, двадцать бали за ночь. Денежки вперед, пожалуйста.
90
Комнатка Веллингтону досталась маленькая — четыре шага от стены до стены. Дверь хлипкая, окно узкое, но чистое, должно быть, Лаура постаралась.
Насекомых в кровати тоже не оказалось, Веллингтон проверил это сразу, чтобы потом не было сюрпризов.
Было время, когда он раскатывал под видом коммивояжера — так ему удобней было для дела, и забирался в разные глухие углы, возя с собой патентованные средства, которыми опрыскивал комнаты, где приходилось ночевать.
Суетная была жизнь, опасная, часто в койку вместо себя укладывал свернутое пальто, а сам прятался у боковой стенки. Чаще такие осторожности были излишними, однако пару раз пальто дырявили основательно.
Веллингтон снял сапоги и лег на кровать, переводя дух.
Вот чем была удобна такая обувь — чуть что, и ты мигом обулся.
