Ли не видел смерти отца, но если сейчас…
Додумать рвущуюся то с тыла, то в лоб мысль маршал себе не позволил. Ноха еще не сдана, а Левию нужна живая графиня Савиньяк. Живому Левию, но кошачьего эсператиста нигде не видно, как и его воинства. Церковники не пророки, кардинал тоже может угодить как кур в ощип. И Проэмперадор может, особенно если это Эпинэ, а «фульгаты» Реддинга выскочат к предместьям не раньше, чем дня через три-четыре. И они еще не будут ничего знать."
"Ворота. Еще целые, еще стоят, сверху бьют мушкеты.
Не могли за зиму дюжиной мортир разжиться, слуги Создателевы! Хотя держатся серые отлично – ни суеты, ни ссор. Одни заряжают, другие стреляют, перед воротами трупов, как мешков, хоть баррикаду наваливай, но хорошо, что толпа тупо колотится о ворота, а не лезет на стены, хотя могли бы и догадаться. Или то, что превратило горожан в исходящих злобой тварей, лишило их разума?
Мимо маршала твердой поступью прошел давешний капитан, серьезный и хмурый, впору бергеру.
Что-то сказал такому же ветерану-сержанту, тот кивнул. Мушкетеры продолжали делать свое дело, а над воротами солдаты пристраивали вывороченные из мостовой камни и статую какого-то святого: тот, кто ворвется первым, получит эсператистское благословение. Очень весомое.
Бравый, как в любой армии, горнист поднес к губам трубу, и отдыхавшие внизу закопченные стрелки быстро двинулись… нет, не на стены – в глубь аббатства. По тому, как они оборачивались, Савиньяк понял: уходят.
Совсем. Незримый маршал Талига коротко отсалютовал исполнившим свой долг серым и ринулся к «материнскому» флигелю. Столь ценную гостью защитники Нохи не оставят, но он должен убедиться, что мать благополучно вывели, а потом придется вернуться и досмотреть все до конца. Нужно знать и кого благодарить, и кого при первой же возможности отправить в Закат. Желательно на морисский манер.
4
Быстрым шагом вокруг дома, в противоположную от драки сторону.
Тр-рах! Что-то твердое, камень, наверное, с силой врезается в стену, разлетаются осколки кирпича, бьют по шее и плечу. Ерунда. Сейчас это ерунда… Сзади вскрикнула Марианна, Пьетро обернулся на ходу, увидел, что женщины невредимы, и только поторопил. Вот и угол.
– Ближе к кустам, сударыня. До соседнего флигеля… Быстрее!
Быстрее только бежать, но Пьетро не бежит, и они тоже. Над головой снова плывет ворон.
