– Больше всего ты должен, не имея долгов, – произнес ничего не значащий парадокс Савиньяк и приподнял очередной стакан.
Король плюхнулся на скамью и наподдал что-то достойной монумента ручищей. Лионель подставил ладонь, не давая пущенному по доскам предмету свалиться, и не выдержал – присвистнул. Маршал Талига избавил от падения его высочество Фридриха. Такого конного и знакомого…
– Я его выкупил. – Довольный Хайнрих походил на разбухшего трактирного кота. – Прощелыга Зауф стоит дорого! Вы изрядно потеряли при сделке.
"
"Лионель усмехнулся и сделал вид, что пьет. Он не то чтобы любил сорить деньгами, но брошенное на ветер порой возвращало нечто, ушедшее из дома и из души после гибели отца. Меняя портреты на глазах у офицеров и обалдевшего трактирщика, маршал веселился как мальчишка; правда, другие этого не заметили. Теперь веселился Хайнрих.
– А что сталось с продавшим вас подданным?
– Он трактирщик. Он продал и получил прибыль, вместо того чтобы потерять. Вам был нужен портрет, и вы бы его взяли.
– Если трактирщик умен, он назовет свою харчевню «Король и Леворукий» и огородит стул, на котором сидел король, веревкой.
Да, я взял бы портрет и оставил бы за него деньги в любом случае. У каждой войны свое лицо, я хочу иметь его перед глазами.
– Наша война спит. Продайте мне вашу рамку, она по праву принадлежит моему зятю.
– Пожалуй… Из тех, кто в ней побывал, Фридрих достойнейший. Да простит мне ваше величество…
– Еще чего! Сколько вы хотите?
– А как вы намерены с ней поступить?
– Я вернусь в Липпе и отправлю манатки гусака вслед за ним.
Вместе с портретом, и лучше, если тот будет в рамке. С его свинячьими лебедями!..
– Ваше величество, не почтите за праздное любопытство. Вы написали кесарю об успехах племянника?
– Хорош бы я был, позволь этому засранцу порочить моих солдат и моих офицеров! Хватит того, что я отдал ему лучший корпус, а достало бы одного мориска! Армия не может встать на дыбы, иначе это не армия, а сброд. Генералы, мои генералы, подчинились и пошли к Ор-Гаролис.
Они не виноваты – ноги за задницу не в ответе! В ответе голова, моя голова. Нужно было думать, прежде чем ставить Фридриха главным. Нужно вообще думать, и я посоветовал кесарю именно это. Если Готфрид доверит Фридриху командовать хотя бы брадобреями, он глуп, как корыто! Ваше здоровье!
Есть! Он угадал с письмом, он угадал со всем, кроме обвала, но такое не просчитаешь.
– Ваше величество, я не трактирщик и не могу торговать реликвиями, но неделимое лучше не делить.
