Уинтер поднялась и, спотыкаясь, пошла к лестнице, вытирая красные глаза и кусая дрожащую губу. Она кинула на Саймона ядовитый взгляд, и, хотя своим предательством она это заслужила, он всё равно чувствовал себя виноватым.
– Отлично, – произнёс Орион, как только она ушла. – В наше нелёгкое время нельзя доверять чужим Царствам. Вот когда Альфа умрёт, а я подчиню зверей, можно будет пересмотреть потерянные узы, а пока…
– Хватит лгать, – сдавленным от гнева голосом произнесла мама Саймона. – Может, ты и хочешь убить Альфу «ради мира», но на самом деле ты ничуть не лучше её.
Ты хочешь стать Звериным королём. Хочешь убить моих детей.
Орион нахмурился, его морщины врезались в кожу глубже, и он поглядел на звезду в руке.
– Я не хочу становиться королём, моя дорогая, но как ещё добиться мира? И я определённо не хочу убивать собственную родню. Никто и никогда не причинит вреда моему наследнику, я об этом позабочусь. Но я обязан защищать анимоксов всеми силами. Конечно, покончить с родом Звериного короля, пока он не восстал против нас – лучший вариант, и я бы в этом преуспел, если бы ты не родила Люку детей.
– Преуспел бы? – Мама долго молчала, а затем ахнула. – Так это был ты?
Саймон непонимающе заморгал, и Орион поморщился.
– Пока его род жив, наш мир в опасности. Я сделал то, что должен.
Запертая в клетке мама часто дышала, и даже издалека Саймон видел, что её бьёт дрожь.
– Я знала, что это кто-то из нашего Царства, но… он же тебе доверял.
Открылся тебе. Пытался помочь добиться мира для наших Царств, а ты взял и убил его?
Тошнота накрыла Саймона с головой, стоило картинке сложиться воедино, и он подумал, что что-то неправильно понял.
– Постойте. Вы… вы убили папу?
– К сожалению, так было нужно, – сказал Орион. – Он был хорошим человеком, но, как я и сказал, я обязан защищать тех, кто не может защитить себя сам. Он мог нас всех уничтожить…
– Люк бы никогда никого не тронул, – сказала мама, и Саймон открыл рот, чтобы согласиться, но не смог выдавить из себя ни звука.
Он ведь тоже доверял дедушке. Доверил свою жизнь – и жизнь мамы – человеку, убившему его отца.
– Он подчинялся Альфе, и ты не хуже моего знаешь, что она уже начала собирать осколки, – сказал Орион. – Бояться нужно не Хищника, а его владельца. Альфа могла использовать его против нас… у меня были связаны руки.
– Мы пытались найти осколки до неё, – сказала мама.
