– Пойдем в шатер, раб, – железным тоном повелел Дарнан.
Между фургоном владельца и, непосредственно, Стефы, всегда ставили шатер. В нем циркачи проводили свои репетиции, совещания, делили деньги и прочее. Сейчас же в нем, за складным деревянным столом сидела незнакомка.
Укрытая красным плащом, даже не видя её лица, лишь по одним очертаниям фигуры, Хаджар уже знал, что та была красива. Невероятно, ненормально красива. Как бывает красива лишь только та женщина, которая постигла какую-нибудь технику обворожения.
[Предупреждение! Носитель попал в зону волн, влияющих на центры восприятия!]
Наверное, она даже и не думала пытаться обольстить уродца.
Просто после изучения подобных техник, даже без их применения, остается легкий фон. И поскольку Хаджар был лишен даже того, чем обладали иные не практикующие, он легко попал под её воздействие.
– Тебя зовут Хаджар, раб?
– Да, миледи, – прокряхтел в ответ хаджар – грудь все еще болела от удара.
– Сыграй для меня.
Дарнан протянул инструмент. Брезгливо и осторожно.
Так, чтобы случайно не коснуться гнойников или струпьев на коже “собственности”.
Хаджар с поклоном принял Рон’Жа. Он, спросив разрешения, сел на стул, поправил колки и заиграл так, будто от этого зависела его жизнь. Впрочем, оно так и было.
Играл он не долго, всего минут пять.
Незнакомка остановила его властным взмахом руки.
– Я согласна на твою цену, Дарнан.
С этими словами она положила на стол туго набитый кожанный мешочек. По скромным прикидкам, в нем было явно не меньше сорока золотых.
Надо же – всего за пять лет Хаджар поднялся в цене в восемь раз.
– Сними с него ошейник.
– Ты уверена, Сента?
В ответ некто “Сента” лишь неопределенно покачала рукой.
– Если я не смогу защититься от калеки, – сказала она. – Грош цена моему развитию.
Дарнан пожал плечами. Он сделал быстрый жест рукой, сложил пальцы в несколько знаков и ошейник с щелчком разомкнулся. Теперь уже бывший владелец – так и не рискнул подойти к Хаджару. Вместо него оковы снимала Стефа.
– Прощай, Хаджар, – прошептала она ему на ухо.
Удивительно, но Хаджар различил в её голосе нотку грусти. Хотя, возможно, ему просто показалось. Но долго он над этим не раздумывал. Только дышал полной грудью, поражаясь тому, насколько воздух стал вкуснее. И вроде бы ничего не изменилось, он лишь вернул себе кусочек свободы, но как же это все перевернуло.
Во всяком случае, дышать стало приятнее.
– Пойдем, – незнакомка, все так же скрываясь за алым плащом, вышла из шатра.
