Как же хорошо, что я решила быть с ним на одной стороне. И вдвойне прекрасно, что мне остается лишь следить за воплощением моего плана его руками, самой не ударив и пальца о палец. Хотя, признаем честно, давно уже намеченные мной шаги, претерпели не зависящие от меня изменения.
Уоллис бегает глазенками по кабинету, слежу, но не могу увидеть в этом действии никаких подсказок. Розье угрожает кулаком. Дворецкий вжимается всем телом в спинку стула, напряженно и отчаянно что-то обдумывая.
— М-может быть, вам со-сообщили что-то…ошибочное…За-за-а-чем вам нужен мой сейф.
Там, там всего-то сметы расходов и доходов поместья, сводки бюджета… — шепелявит заискивающе дворецкий. Все же зубов у него стало поменьше.
Сопротивляется до последнего, зараза!
— Я могу открыть, — от голоса Эдварда сзади я подпрыгиваю на месте.
6
— Честно слово, Юнис, ко льву в вольер залезла, а боишься каждого шороха, — деверь проходит внутрь кабинета, огибая меня, застывшую почти на пороге.
— Белая еще как мел… — бурчит под нос Эд.
Брови Розье снова взлетают наверх, теряясь под густой челкой.
Он переводит взгляд с меня на младшенького. Нетрудно догадаться, что он раздумывает, когда же у нас так потеплели отношения. Эд ведет себя как мой настоящий брат, и относится как к старшей непутевой сестрице, а не как к навязанной приживалке. Для меня самой такое отношение тоже в новинку."
"Не специально ли юноша таким образом хочет показать Майклу, что я такой же член этой семьи и он меня принял, чтобы Розье не смел меня обижать? Ну какой же ребячливый и в то же время милый поступок, если конечно он действительно имеет это в виду!
Эдвард и сам не цветет румянцем, кто еще из нас бледный! Виду не показывает, но движения скованные, раненная спина дает знать о себе.
Меня топит чувство необъяснимой вины.
Мне жаль, я не знала. Не знала. Меня не было здесь, когда продолжались эти истязания. И тем не менее мне ужасно жаль.
Майкл ловит мой направленный в сторону изучающего замок сейфа брата мужа. Вздергивает бровь, заинтересованно прищуривается.
Что? — не могу понять эту смену выражений.
Уоллис же тем временем покрывается испариной.
— Эдди, мальчик мой, это же для твоего блага. Я старался сделать тебя таким, как все. Как твои друзья…Я вырастил тебя!
Старый змей! Что за дурацкие оправдания!
Эд вздрагивает, заслышав его голос. С тех пор как пришел, в сторону дворецкого он не бросил ни взгляда.
— Я только сейчас начал понимать… — парень качает головой.
