Тот же разрез глаз и одинаковая улыбка.
— Что ж, благодарю за то, что пришли. Следующая наша встреча в доме Пенелопы. Надеюсь, остальные смогут присоединиться, из-за моря вернется Неллис, очень будет интересно ее послушать.
Императрица встает из-за стола, и мы все встаем следом. Кроме Жозефины, конечно. Ей такая наглость позволительна.
— Юнис, останьтесь ненадолго.
Я так и думала, что Ингрид пригласила меня не просто попить чай и послушать о делах международного значения.
Кажется, все же стоило сказать Рейнарду, что иду на чай во дворец.
"
"Потому что чутье подсказывало, что то, о чем мы будем сейчас говорить с императрицей, касается герцога в том числе, и так или иначе мне придется ему рассказать по возвращении обо всем. И муж вряд ли будет рад, узнав, что я умолчала о визите во дворец.
Ох, Юнис, ну ты и влипла.
«»
Шарлотта*покидает темницу.
Рейнард в боевой готовности визжать и отпрыгивать в сторону.
26
Знатные дамы удаляются, горячо прощаясь с дружелюбной императрицей.
Я многозначительно смотрю на переместившуюся на один из диванов Жозефину, бесцеремонно вытянувшую ноги на кофейный столик. Рыжуля пожимает плечами.
Ингрид возвращается и указывает рукой на мягкие кресла возле камина с потрескивающим тихонько пламенем:
— Ох, Юнис, присаживайтесь. В ногах нет правды.
Повинуюсь.
Если Жозефина — сестра императрицы, а в оригинале она была второй злодейкой и имела любовный к герцогу любовный интерес…потом из-за череды событий из-за этой своей одержимости пострадала; можно ли предположить, что один из вариантов плохой концовки Шарлотты и Рейнарда уже после финала книги, был связан с местью императрицы за сестру?
Отношения между этими такими разными на первый взгляд родственницами очень близкие.
Вполне вероятно, что ее величество решила не допустить счастья тех людей, из-за которых пострадала ее любимая младшая сестренка.
Что же это получается?
В зависимости от воли какого-то божественного рандома, скрытым антагонистом в истории после конца книги могут быть император, императрица или же дворяне, задумавшие переворот.
А может, есть кто и другой, но эта тройка имеет для нас наибольшую угрозу.
— Юнис, за этот год я многое успела о вас узнать. Из газет, не пугайтесь!
Я бы не удивилась, если бы императрица наняла детектива или шпиона, или еще кого. Женщина она далеко не простая, при всей своей миловидной наружности и бросающемся в глаза добродушии.
