У меня в груди расслабляется уже давно стянутый узел, который был все время, от момента, когда я сделала тест, и не позволял мне поверить в беременность полноценно. Мало ли что. Я будто не привязывалась душой.
— И как дела? — Спрашиваю я охрипшим голосом.
— Все хорошо, — отвечает врач, — сердечко в норме, размеры тоже, — вот, смотри, — она разворачивает ко мне монитор сильнее.
Я впиваюсь в него глазами и чувствую, как по щекам начинают течь слёзы.
— Маленький какой… — шепчу.
— Да, и страшненький, как креветка, — с улыбкой кивает Калерия Викторовна, разворачивая экран обратно к себе.
— Ну-ка слёзы стёрла, а то больше не покажу.
— Я не плачу, — мотаю головой, вытирая со щёк соленые капли.
— Ну, тогда вытирайся, одевайся, — она подаёт мне рулон салфеток и встаёт со стула. — Сейчас по анализам все напишу…
— Калерия Викторовна, — окликаю я ее, прикрываясь платьем. — А можно вас попросить ничего в карте не писать?
— Почему? — настораживается она.
— Я бы не хотела, чтобы пока кто-то знал о малыше, — отвечаю честно.
— Родственники в том числе. А вы сами понимаете, что деньги вскрывают любые замки. Я пока живу с охраной.
— Поняла, — вздыхает она. — Тогда анализы сдашь просто под номером. Его буду знать только я.
— Спасибо большое, — говорю ей и, повинуясь порыву, касаюсь руки. — За все…
Короткий, но громкий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.
— Войдите, — отзывается Калерия Викторовна.
Дверь открывается.
— Извините, — Валерий заглядывает в кабинет. — Все нормально? Очень долго… — неуверенно мнется.
— Я уже выхожу, — успокаиваю его.
Забираю направления на анализы, прощаюсь и под внимательным взглядом охранника покидаю кабинет. Почему-то даже не сомневаюсь, что Константин уже поставлен в известность об этом визите. Ну и ладно… Улыбаюсь, незаметно поглаживая живот, зато точно знаю, что все хорошо.
И только я сажусь в машину, мой телефон начинает звонить. Сердце замирает, пока ищу его в сумочке. Мне кажется, что это Тихомиров, и сейчас он будет задавать вопросы.
Мысленно выстраиваю внутри себя броню и почти как мантру повторяю, что быть беременной — это не стыдно. Это очень почётно носить в себе человека. И ни один мужчина в мире не имеет права меня в этом упрекнуть.
Наконец-то достаю телефон, но на экране вижу незнакомый номер.
— Валерий, — окликаю своего водителя и подвигаюсь ближе к передним сиденьям. — У меня звонит телефон. Дело в том, что этот номер знают только два человека, ну три вместе с вами, — поправляюсь.
