А с другой — я хорошо помню, во что была одета сегодня вечером моя жена! И удивленно, как под действием ревности меняется угол восприятия ее образа! То что в семь вечера мне казалось приличным, теперь кажется жуткой пошлятиной!
Осторожно укладываю дочку в кроватку, гашу ночник и, прохватив радио няню выхожу из комнаты.
Надо успокоиться и выпить.
На кухне открываю бар и задумчиво перевожу взгляд с коллекционной бутылки коньяка на упаковку какао. Так, ну и что ты будешь пить, Тихомиров?
Какао, да. Чтоб его. Потому что если Алина Константиновна проснётся ещё раз, мой вестибулярный не выдержит ещё одного захода качаний.
Развожу растворимый напиток в молоке и выхожу на террасу. Устраиваюсь в кресле и кручу в руках телефон. Мне становится вдруг принципиально интересно на сколько может зашкалить борзометр моей идеальной жены.
За полтора года нашего брака Назима, конечно изменилась. Стала увереннее, ещё красивее, смелее. Религия осталась, скорее, мировоззрением, чем критерием суждений и принятия решений.
А еще оказалось, что моя жена с невероятной скоростью заводит новых друзей. Женщины хотят ей подражать, мужчины готовы исполнять любые желания. Даже старый армянин на овощном рынке, где Назима каждый выходные лично закупает для Али брокколи и цветную капусту, делает ей скидку в двадцать процентов и всегда накладывает пакет сезонных фруктов. Иногда я жалею, что жена больше не носит платок, но потом осознаю, что это глупо. Меня же платок не остановил."
"Смотря через стекло террасы во двор, задумываюсь о том, хорошо ли Назиме со мной.
Как давно я об этом спрашивал? Нехотя, признаюсь сам себе, что давно.
Да даже свадьбу сыграть нормальную руки так и не дошли. Сначала нужно было срочно править дела в компании ее родителей. Весь топ-менеджмент после моего освобождения из СИЗО разбежался по норам. Михаила я принципиально закрыл по той статье, которую хотели навешать мне. Благо, там даже доказывать ничего не пришлось. Адашевское отродье сдало его с потрохами. А дальше был Филатов… на него я потратил долгих три месяца, но благодаря помощи Швецова все-таки поймал его на взятке в особо крупном.
Надевать свадебное платье, с уже на тот момент огромным животом, Назима отказалась. Мы решили отложить торжество до лета.
Нужно ли говорить, что летом все наше внимание было приковано к ее высочеству Алине Константиновне. Она прогнула наши жизни под своё малышковое расписание. Несколько раз я даже малодушничал и позволял себе отоспаться в офисе.
