Сворачивает ко второй двери по правой стороне и, вставив ключ в замочную скважину, нажимает ручку.
— Прошу… — заходит в комнату первым, оставляя дверь на распашку.
Я перешагиваю порог следом за ним и сразу чувствую, что в помещении безумно холодно, а ещё остаточно воняет каким-то едким моющим средством.
К горлу подкатывает ком тошноты, и я обхватываю горло пальцами, чтобы проглотить его обратно.
— Сквозняк специально создали, чтобы запах затхлости и хлорки убрать, — вдруг совершенно нормально комментирует обстановку лейтенант.
Отодвигает шторку и с трудом закрывает старое деревянное откидное окно.
Я проходить дальше не спешу. Расстановка «мужчина-женщина-кровать и ни души» заставляет быть начеку. Решая не провоцировать двусмысленных ситуаций, остаюсь стоять в небольшом коридорчике, где слева от меня находится ещё одна дверь. Подозреваю, что за ней разместились туалет и ванная.
— Спасибо большое, — выдавливаю хриплым шёпотом. Голос звучит, будто чужой. — Здесь неплохо.
Да, почти. Если не замечать влажных разводов на обоях и потертого линолеума.
Зато возле кровати есть ковёр!
— Так, постельное возьмёшь в шкафу, посуду тоже. Горячая вода будет идти круглосуточно. Мыло положили, толчок вымыли, да и не было здесь никого уже месяца два. Так, что ещё… — он задумчиво оглядывается.
— А почему никого не было? — Спрашиваю севшим голосом. — К людям не приходят их жены и мужья?
Я задаю этот вопрос исключительно из соображений осторожности. Все-таки люди все разные. Больные, здоровые…
— Ты серьезно? — Ухмыляется парень и направляется в мою сторону.
Я вжимаюсь спиной в дверной косяк, чтобы выпустить его и случайно не прикоснуться.
Лейтенант же специально останавливается рядом и оглядывает меня с головы до ног, засунув руки в карманы.
— Не бывает у нас таких жён, которые бы хотели дать мужу за решеткой, — похабно ухмыляется он. — Только ради бабла.
— Я люблю мужа, — говорю уверенно и заставляю себя сдержаться и не опустить глаза. Прежде всего для того, чтобы защититься от грязных домыслов и обвинений.
— И мой муж меня тоже любит.
— Половина баб разводится сразу же в одностороннем порядке, — говорит парень обвиняющим тоном и нависает надо мной. — Вторая — просто забывает про мужа. Мужики предпочитают брать профессиональных девок. С ними все можно и без напряга. Но это уже не у нас или для избранных.
— Я поняла, — киваю. — Спасибо за ответ. Разрешите мне, пожалуйста, вытащить продукты. Там торт помнётся…
Хочется сбежать и спрятаться.
