Наставник сделал несколько шагов в ее сторону, остановился на расстоянии вытянутой руки и бесстрастно спросил:
— Почему не спишь? Колебания источника сейчас не должны мешать тебе.
Она неопределенно пожала плечами и вновь отвернулась к гобелену. А затем бросила через плечо:
— Вы говорили, что не следите за мной.
— Я не слежу за тобой. Но иногда проверяю, где ты.
Голос наставника по-прежнему был холоден и спокоен.
— Иногда — это сколько раз в день? — обернулась и придирчиво уточнила она.
Уголок рта эльфа дернулся.
— Это не имеет значения.
— Для вас, — сдержаться и не сказать это оказалось выше ее сил.
Он ничего не ответил на этот выпад. Между ними повисло молчание. Девушка продолжила рассматривать россыпь голубых огней.
— За что вы так с ним? — наконец, сказала она, поворачиваясь к наставнику. — Он не делает ничего плохого.
И кивнула в сторону гобелена. Эльф бросил короткий взгляд в ту же сторону и ответил:
— Изгнание пошло ему на пользу.
— Вы угрожали своему брату смертью его сына.
Любимого сына, похоже.
В ее голосе не было осуждения. Только сухая констатация фактов. Но огненный смерч внутри наставника начал угрожающе раскручиваться, пробуждая ее притихший источник. Эльф заговорил с неприкрытой издевкой:
— Ах, какая неслыханная жестокость! Девочка, если бы я не сделал этого, сейчас мы с Глиобальдом обсуждали бы не дела школы, а куда прятать твой труп.
— Так может не стоило давать мне вторую порцию этого снадобья? — Райга ощутила, что ее руки начинают подрагивать от напряжения.
— Да, конечно. Наверное, стоило сдать тебя в лечебницу для душевнобольных и умыть руки!
Холодное бешенство магистра отдавалось внутри скачками силы и неровной пульсацией. Ее голос сорвался на крик:
— Это вы взломали мой источник! Я вас об этом не просила!
— Но это ты приняла вызов! Если бы я не взломал твой источник, поединок с Фортео состоялся бы три дня назад. И сегодня твои товарищи вместо уроков пошли бы на твои пышные похороны. Ах, да… Боюсь, ни один из вас не дожил бы до этого дня.
Вы стали бы кормом для гарпий. И никто ничего не смог бы сделать. Вот только, если помнишь, твои родители оставили тебе одно важное дело. И черные воронки среди людей умеешь закрывать только ты. Так что мне придется беречь твою не слишком умную голову от тебя самой в том числе.
Они стояли друг напротив друга, скрестив взгляды. И внутри каждого полыхало пламя. Сохранять спокойствие при этом было просто невозможно.