Эти двое снова чувствовали друг друга с полувзгляда, так, как никто и никогда не чувствовал, и Май просто не захотел расстаться со своей прекрасной партнершей, когда закончился первый танец. В конце концов, Май рассудил, что он император, и никто не посмеет что-либо сказать ему. Главное, остановиться на третьем танце. Иначе будет скандал на весь высший свет. Потому что, если не остановится, то он перед всеми признаётся в своей симпатии к Елении Огдэн — чужой невесте.
Если взгляд присутствующих гостей задерживался на них, то уже не отпускал их из поля зрения, с восхищением и возмущением наблюдая за восхитительной парой.
И все же представители высшего света Ровении тихонько судачили о том, что Аверины решились принять в семью подозрительную иномирянку, а теперь и Май Данери туда же. Иномирянка явно не так проста, как хочет казаться, если Жнец душ и всегда сдержанный император не может противостоять её чарам.
— Рон Аверин не так давно признался, что у вас фиктивная помолвка, — неожиданно произнёс Майстрим, до этого развлекающий Елению рассказами на отвлеченные темы.
— Вы заключили ее, чтобы оградить тебя от многочисленных предложений поклонников стать ластаной.
— Да, ваше величество, — сдержанно ответила Еления, немного напрягшись. — Именно поэтому. Мужчины вашего мира не понимают, что стать чьей-нибудь ластаной может и не являться пределом мечтаний девушки.
Она с удивлением подумала, что Рон все-таки выполнил обещание и рассказал все Маю. И все же слова Мая именно сейчас стали для Ели неожиданностью.
Зачем он заговорил об этом?"
"Они все ещё кружились по залу, второй танец подходил к завершению. Еля слегка задрожала от нервного напряжения, а Май стал ещё серьезный, чем был обычно, потому что вдруг понял, что тоже не в силах справиться с охватившим волнением.
— Можешь не называть меня величеством? — поморщился он, а Еля смущенно улыбнулась в ответ и кивнула.
Утонченная неяркая красота Ели заставляла Мая жадно впитывать в себя нежный образ, безупречная осанка вызывала восхищение, а мягкая смущённая улыбка находила прямой отклик в сердце.
Хрупкая изящная рука девушки в его руке волновала и не давала покоя. Май понимал, что совсем потерял голову.
В последние дни он мог думать только о том, что Еля свободна, что она — не чужая невеста. Он решил именно сегодня сделать предложение, потому что больше не мог просто смотреть на неё. И не хотел. Это оказалось выше его сил.
