Для маленькой Лены они были существами из другого мира.
Лена тогда находилась на работе у мамы и с восхищением смотрела на немецких аристократок, которые совершали обход по больнице. Она не вдавалась в подробности разговора тех женщин и медицинского персонала больницы, просто с удовольствием наблюдала за ними.
— Ты с таким восхищением на них смотришь, — с грустной улыбкой произнесла тогда мама, нежно погладив её по светлой головке.
— Они же такие красивые, мама, — маленькая Лена обратила восторженные глаза на мать.
— Они как будто из другого мира.
— Лена, они и есть из другого мира и, к сожалению, когда они вернутся в свой мир, то через пять минут забудут все то, что видели в больнице, и все, что пообещали сделать. А за своим очередным чаепитием в благотворительном обществе даже не вспомнят то, что здесь были.
— Неправда! — возмутилась тогда маленькая Лена, с гневом сверкая голубыми глазками на маму — не может же быть, чтобы тёти с такими идеальными лицами и манерами были злыми и легкомысленными?!
— Ближе к Новому году именно эти дамы приезжают в больницу уже четвёртый год подряд, и пока ничего не изменилось, — с мягкой улыбкой ответила мама.
— За четыре года можно было хоть что-то сделать из того, что они постоянно обещают.
Сейчас же, когда Еления стояла перед парадным входом во дворец принца Роланда Варниуса, и сердце замирало в предвкушении чего-то совершенно необыкновенного, она поняла, что напоминает себе ту маленькую девочку, которая когда-то давно восхищалась аристократками из благотворительного общества.
А сколько раз, танцуя в школе балета, она мечтала, что её полюбит прекрасный принц, и на балу во дворце она удивит его своей грациозностью и умением танцевать."
"Сейчас смешно об этом вспоминать, а тогда, десять лет назад, какая девочка не мечтала выйти замуж за принца? Вот и она мечтала, в глубине души понимая, что это, конечно, невозможно. Она — дочь простого рабочего и медсестры, а принц... он — принц, одним словом.
И вот теперь, она, простая девчонка Лена Лайберт, словно Золушка из сказки, идёт на королевский бал во дворец, где принц империи, двоюродный брат самого императора, и дочь герцога объявят о помолвке.
Это было чудом, несмотря на то, что мир был другим. Потому что правила и традиции оставались те же, а аристократы мало чем отличались от земных.
— О чем ты думаешь? — с любопытством тихо спросила Елению Мадлен. — Ты нахмурила брови и выглядишь немного испуганной.
