Елена шла бодро, может быть, ходьбой занималась? А вот Юрий, несмотря на спортивный внешний вид, как-то сильно тормозил. Даже купил в ларьке мороженое, хорошо хоть, ел на ходу.
Может, лучше других понимал, что нас ждет, и не хотел спешить? Хоть и не показывал внешне.
Мне-то было страшно, врать не стану. Вначале, когда вся толпа пришла ко мне домой, я как-то расслабился. И от количества, и, наверное, от того, что они немолодые люди. Я сам поздний ребенок, маме было за сорок, когда я родился, так что даже «деда Борю» я воспринимал скорее как человека в отцовском возрасте.
Это влияет, наверное, сколько бы ни было лет.
Но сейчас я четко осознал, что мы вшестером идем убивать монстра. И со мной не какие-нибудь крутые бойцы или спецназовцы, а серчер, немногим меня старше, старикан с проблемным мочевым пузырем, какой-то препод, вовсе не спешащий на битву, немногословный прораб (уж не знаю почему, но я решил считать Василия прорабом) и очень пожилая женщина-хирург. Ну и я, разумеется. Причем моя победа вселила в них излишний оптимизм.
И даже если мы войдем и уничтожим монстра… что дальше? Выстрелы, через минуту-другую – полиция. Это не Гнездо, они приедут и всех нас арестуют.
Я хотел было задать этот вопрос, но вдруг понял, что бессмысленно. Они уже всё решили. Просто похлопают по плечу и скажут: «Всё верно, подожди нас здесь…»
И я промолчал.
Пусть идет как идет."
"Милана с Василием Семеновичем и дедом Борей сидели на скамейке за пару домов от клиники. Хорошо, что погода была хорошая, под дождем они смотрелись бы нелепо.
А так – присела семья передохнуть. Дедушка, отец и молодая девушка.
– Надеюсь, ты прав, – поприветствовал Виталия Антоновича деда Боря. – Пока мы шли, я насчитал столько посольств, консульств и контор силовиков…
– Уверен, – сказал старший.
– А то ворвемся в клинику, где министерские жены делают себе лифтинг и наращивают сиськи… – Деда Боря вздохнул. – Уж лучше монстр.
– Будет, – сказал Виталий Антонович. – Ну что… готовы?
– Сядьте, надо посидеть перед… – Василий запнулся.
– А, не важно! Надо посидеть.
Мы тесным рядком сели на скамейку. Только Виталий Антонович остался стоять. Прошел перед нами, как перед строем. И сказал:
– Итак. Милана… ты остаешься здесь. Если услышишь перестрелку или подъедет полиция – встаешь и тихонько уходишь. Жди нас у Максима. Ключ есть?
Она кивнула. Ключ я ей дал в первый же день.
– Леночка, Борис. Вы идете первыми. Ваша задача – чтобы открыли дверь. Войти лучше тихо.
Это было разумно.
