У нас, хоть климат и потеплел, снег лежит максимум две-три недели в году, люди предпочитают ходить пешком. Метро? Ну так станции далеко друг от друга, Москва не Лондон и не Париж.
Но для нас в этом был плюс – с тяжелыми сумками на велосипедах не слишком удобно.
В Комке мы выстояли короткую очередь. Два серчера сдавали мелкий лут, синие и фиолетовые кристаллики. Мужчина средних лет покупал костюм. Вот что надо иметь в голове, чтобы выложить два орика и три елки за обычный деловой костюм, пусть и от «Бриони»?
Мы подошли все вместе – Виталий Антонович, Юрий, Елена и я.
Продавец уставился на нас с любопытством, но первым разговор не начинал.
– Моим друзьям нужны такие же патроны, как те, что я покупал, – сказал я.
– Как те, что покупали у меня или у конкурента? – с явственной обидой уточнил Продавец.
– Ну… какие мощнее, – неловко сказал я. Надо же! Конкуренция! Борьба за клиента!
– Для какого оружия?
– «Абакан», – сказал Виталий Антонович. – Два магазина.
У меня было подозрение, что в сумках не пистолеты.
И все же я напрягся. Легальным автомат быть не мог, гражданскому не разрешат. За незарегистрированный пистолет светил серьезный штраф, а вот за автоматическое оружие можно было и реальный срок получить.
Что там у Юрия? Гранатомет?
– Бенелли-полтинник, двенадцатый калибр, – сказал Юрий, и я чуть успокоился. Помповое ружье – это законно. – Двадцати патронов хватит.
– Планируете маленькую войну? – осведомился Продавец. – А даме?
Я был уверен, что сейчас услышу название какого-нибудь экзотического пистолета.
Или автомата, чего уж мелочиться.
– Даме тоже патроны двенадцатого калибра, – сказала Елена. – Дайте десяток с дробью, дама не воинственна.
– Вам нужна дробь от Измененных? – уточнил Продавец. Кажется, Елена его озадачила.
– Найдется такая?
– Посмотрим, – решил Продавец и удалился за занавес.
Елена повернулась ко мне:
– В моем возрасте поздно учиться палить из автомата. А на охоту я с папой ходила, – взгляд у нее слегка затуманился. – Он был большой любитель… однажды медведя взял.
Без меня, врать не буду.
– У вас охотничье ружье? – уточнил я.
– Обрез, – сказала Елена. – Сама стволы пилила! Знаете, хирурги с пилами умеют обращаться.
Час от часу не легче.
Обрез – это тоже реальный срок.
Интересно, что там еще у них в сумках?
…К клинике эстетической медицины «Де мутацио» мы подошли около двух часов дня. Я не очень-то привык ходить по городу в компании, тем более с людьми гораздо старше себя.
