Такая роль в таком сериале могла сделать ее американской звездой первой величины, что было бы огромным достижением — все-таки ей было сорок пять лет, как бы ни был искусен ее пластический хирург или в какой бы хорошей форме она ни была. Ей, без сомнения, страшно повезло. Сабина сознавала, что произошло это благодаря Мелу, и хотела выразить ему свою признательность.
— Не благодари меня, Сабина. Я не был бы здесь, если бы так не ценил тебя. Ты просто находка для сериала.
Но оба знали, что дело не только в этом, и, прежде чем Мел смог сказать еще что-либо, Сабина наклонилась и поцеловала его.
Поначалу это был легкий поцелуй, но, подогретый ее страстью и сильными объятиями, он стал затяжным и крепким, и Сабина, когда наконец отстранилась, едва смогла перевести дух. Она ничего не сказала, но взгляд ее был красноречив. Мелвин снова поцеловал ее, а потом с виноватым видом встал. Он знал свои границы. «Еще один такой поцелуй, — думал он, — и я сорву с нее это платье, чего мне, однако, делать не следует».
— Знаешь, мне пора, — сказал он с улыбкой, от которой у Сабины сделалось тепло на душе.
— Какие-то серьезные причины? Мел тихо рассмеялся:"
"— Одна, но очень веская. Вы меня сводите с ума, мисс Куорлс, и мне лучше уйти, пока я не набросился на звезду моего нового сериала.
Сабина по-кошачьи улыбнулась, повергнув его в полное смятение:
— Я думала, что мы отметим…
— Я подумал, что мы уже отметили…
— Но, по-моему, мы только начали… Она ласково снова усадила его рядом с собой. Мел рассмеялся:
— Я не хочу, чтобы меня обвиняли в злоупотреблении служебным положением.
Я, Сабина Куорлс, хочу знать, что вы уже согласились сниматься, а это всего лишь празднование нашей встречи.
— Договорились, мистер Векслер.
— Ну, тогда ладно.
Он снова поцеловал ее, и на этот раз жар его страсти был так силен, что Сабина словно растаяла в его объятиях. Мел пальцами почувствовал, как с ее тела соскальзывает атлас платья, и в следующее мгновение она предстала перед ним, совершенная, как статуэтка, в своей наготе, которую во всех ракурсах отражали две зеркальные стены гостиной.
Сабина взяла Мела за руку и повела в спальню. Это был первый и последний раз, когда в ту ночь ей пришлось указывать путь. Как только они достигли ее постели, инициатива перешла к Мелу, который позволил Сабине подняться на давно забытые ею высоты. Это была ночь страсти, достойная двух самых важных в сериале «Манхэттен» людей: постановщика и исполнительницы главной роли.