Мы вместе ворвались в кабинет мисс Кристалл, но её там, к сожалению, не было. Зато Джеймс Бриджер был у себя и говорил с кем-то по телефону. Он с недоумением вскинул брови и положил трубку, когда пума с арктической волчицей протиснулись в его кабинет, наследив на полу грязными лапами.
– Мы только хотели сказать, что летим в Новый Орлеан искать Фрэнки, – выпалил я. – Поможете нам забронировать рейс? Я ещё ни разу этого не делал.
– Погодите, ребята, спокойно, – остудил наш пыл мой любимый учитель. – Я только что узнал от Лиссы, что полиция тщательно обыскала штаб-квартиру Миллинга.
– И?! Нашли Фрэнки?! – У меня захватило дух от волнения.
Бриджер тяжело вздохнул:
– Нет.
– Вот видите! Оборотня может отыскать только другой оборотень! – воскликнула Тикаани. – Оборотень с хорошим чутьём. Мы нужны им там, чтобы…
– У полицейских ищеек нюх не хуже твоего, – мягко перебил её Бриджер. – У них была футболка с его запахом, которую Фрэнки-человек носил в Новом Орлеане. Но они обнаружили запах Фрэнки только в помещении.
Наружу никаких следов из штаб-квартиры не вело – по крайней мере, явных.
Тикаани, растерянно заскулив, спросила:
– И что это означает? Что он мёртв?
Джеймс Бриджер в задумчивости соединил кончики пальцев:
– Думаю, ему удалось бежать в обличье выдры. Только мы пока не знаем как.
Силы покинули меня, как воздух – дырявый воздушный шар. Пожалуй, и правда незачем лететь в Новый Орлеан. Или всё-таки есть за чем? Может, нам удастся расстроить планы Миллинга? Но я и сам в это не верил.
– Вот что я вам скажу: оставайтесь-ка лучше здесь, – сказал Джеймс Бриджер, и мы выскользнули из его кабинета.
Я удручённо наблюдал, как Лу выводит на грифельной доске в столовой:
Всегда прощайте своих врагов – ничто не раздражает их сильнее.
Оскар УайльдВряд ли Джефри в ближайшее время меня простит. Или Эндрю Миллинг. И я сомневался, смогу ли я простить их.
– Досадно, что листок с фотографией сгорел, – сказал я подруге-белке."
"– Знаешь, Караг, – проговорила Холли (сейчас она снова была в облике девочки), с лёгким сочувствием посмотрев на меня, – а ведь ты так до конца и не освоился в мире людей.
– Это ещё почему? – скривился я. Мне было не до шуток.
– Как ты думаешь, сколько экземпляров этого журнала существует? – спросила Холли.
– Ну, один – он же лежал в палате, – ответил я.
– Нет, мой дорогой: их примерно столько же, сколько опавших листьев в кленовом лесу с приближением октября.
– О, – больше мне ничего не пришло в голову.
