– Надо посмотреть, в чём дело, и поскорей! – сказал я и рванул вперёд.
Гадкое открытие
Я был уверен, что никто из людей не заметит, как я бесшумно крадусь по тропе. Но мы имели дело не с человеком. Возможно, Дерек ещё где-то поблизости и уже выполнил своё задание. Машина явно стояла на парковке уже несколько часов: вода в следах от шин покрылась тоненькой, точно стеклянной, ледяной коркой.
Тропа под моими лапами была прохладной и шершавой. Я слышал, что поблизости охотится куница, чуял, что в начале вечера здесь пробегала мышь, слышал по шелесту крон, что во время последней зимней бури сломалось несколько веток.
На меня посыпались снежные кристаллы.
Только человеческих звуков слышно не было. Если хозяин большого автомобиля и находится где-то неподалёку, я ничего не заметил, и от этого мне стало жутковато.
Вдруг мне в нос ударил чей-то запах. Медведь. Оборотень-медведь! Дерек уже ушёл, но он был здесь!
Я тут же остановился и, не шевеля ни одним мускулом, впитывал в себя ночные запахи и звуки.
Что-то у меня внутри забило тревогу, а я привык доверять инстинкту.
– Что такое? – прошептала Эмбер. – Почему ты остановился?
– Что-то не так, – отозвался я. Выразиться точнее я не мог.
– Хочешь, я отправлюсь на разведку? – предложила Эмбер и начала выбираться из моей шерсти.
– Подожди пока.
Сначала надо выяснить, что именно меня насторожило.
Через некоторое время я понял, в чём дело. На расстоянии примерно одного древесного ствола от нас поперёк тропинки было натянуто что-то, чему здесь было не место.
Подойдя поближе, я увидел, что это тонкая коричнево-зелёная проволока, которую кто-то натянул на уровне щиколоток. Человек ни за что бы её не заметил, если бы просто шёл мимо. Даже лучшим из рейнджеров это было не под силу, а кто-то из них непременно прошёл бы здесь – самое позднее завтра: их обязанность – проверять туристические тропы.
– Ну и ну! – удивилась Эмбер. – А что будет, если кто-то споткнётся об эту проволоку?
– Твоя задача – это выяснить, – ответил я, и Эмбер не стала терять времени.
Я наблюдал, как она бежит по проволоке, конец которой терялся в густых зарослях кустарника.
Находиться здесь было неприятно. Каждый вдох давался мне с трудом – приходилось сдерживаться, чтобы не повернуться и не убежать. От всей этой проволочной конструкции так и веяло злобой.
Наконец Эмбер вернулась.
– Это ловушка. – Голос Эмбер слегка дрожал.
