– Идите, идите! – услышал я голос офицера полиции.
Потом я позвонил Тикаани, которая помогала в больнице.
– Ну что, тебе в самом деле разрешают наблюдать за работой врачей «Скорой помощи»?
– Да, при лёгких травмах, и я узнала много нового. А что случилось?
– Слишком много снега для людей – мне срочно требуется твоя помощь, чтобы кое-кого спасти. Придёшь?
– Что за вопрос, – отозвалась Тикаани. Очевидно, это означало «да». Я объяснил ей, где искать, надеясь, что скоро мы окажемся достаточно близко друг к другу, чтобы общаться мысленно.
На уроках Айсидора Элвуда мы тренировались увеличивать дистанцию дальнего зова – может, это пригодится нам уже сегодня.
Не теряя времени, я взял из комнаты со снаряжением рацию, пакет и пару тонких золотистых одеял, которые помогают людям сохранять тепло тела при несчастных случаях, и осторожно прикрыл за собой дверь рейнджерской станции. Если кому-то в ближайшее время понадобится брошюра, список туристических маршрутов или карта местности, ему придётся взять их самому.
Снаружи ледяной ветер швырнул мне снег в лицо. Людям такая погода не подходит! А вот оборотням в самый раз… Особенно арктической волчице и пуме.
Отойдя на безопасное расстояние от площадки для кемпинга «Озеро Дженни», я превратился в пуму. Мне сразу стало тепло – мой толстый зимний мех идеально подходит для таких температур.
Я лапой запихнул свои вещи, золотистые одеяла и рацию в пакет и взял его в пасть. Но чем дольше я бежал, тем больше мешал мне пакет, ручки которого врезались мне в пасть.
Поняв, что не смогу нести его всю дорогу, я его спрятал и запомнил место, чтобы забрать позже.
Площадка для кемпинга «Корбет Хай Кэмп» находилась на высокогорье, деревьев там уже не было – только скалы и снег. Поисковой команде понадобилось бы не менее шести часов – а в такую погоду и все восемь, – чтобы обыскать тропу, которая туда вела. А если несведущие туристы сошли или сорвались с тропы, не исключено, что из-за снегопада рейнджеры их не увидят.
Но мы с Тикаани их заметим: ведь наши органы чувств намного острее человеческих.
Как, наверное, и Тикаани, я наслаждался пребыванием на улице. Большую часть года в Вайоминге холодно, и для меня нет ничего естественнее снега. Вокруг меня кружились снежинки, я пошевелил усами и прислушался. Сойка раскапывала свои зимние припасы, мышь рыла под снегом туннель, ветки сосен и пихт шумели на ветру, но я не обращал внимания на эти звуки.
