И, главное, зачем?! Там ничего особенного нету, так, деловые бумаги, самые обыкновенные. И мне кажется, Волошин что-то знает такое, от чего страшно нервничает. Только вот… что? Среди ночи на работу полетел, когда я ему про ключ сказала! Я потом подумала…
– Что?
Варя помолчала.
– Да нет, пап, ничего. И делами он совсем не занимается! Все забросил, все! Из Перми директор каждый день звонит, заходится весь, а Марк с ним так ни разу и не поговорил!
– Ну это уж не твоего ума дело, Варюш.
– Как не моего-то, пап?! Ну как ты не понимаешь! У нас все было очень хорошо, а потом сразу стало так плохо!
– Это бывает, – тихо сказал отец.
– Ты ничего не понимаешь!
Ну конечно, он не понимал! Он ничего не знал о принцах и потенциальной принцессе и о том, как важно для принцессы… защитить их интересы. Вернее, его интересы, потому что принц остался только один. Может быть, он не нуждается ни в какой защите, и даже скорее всего, это так, но Варя считала иначе! После смерти Разлогова Волошин остался на ее попечении, как бы смешно и непонятно для папы это ни было! Но она не могла сказать отцу об этом.
– Я считаю так, – начал отец и полез за телевизор, стоявший на высокой полочке над столом. За телевизором лежали сигареты. Отец уже который год бросал курить, примерно с тех пор, как Варя родилась. Он прятал пачки во всяких укромных уголках, которых было великое множество – как известно, чем меньше квартира, тем больше в ней укромных уголков! – и когда они ему попадались, от радости он немедленно и с удовольствием закуривал.
Впрочем, были и постоянные, «всегдашние» тайнички, и этот, за телевизором, был как раз такой.
Отец закурил, помахал у Вари перед носом, чтобы она дым не нюхала и не портила здоровье. О Варином здоровье в семье всегда очень заботились.
– Значит, так, – сказал он. – Это все не твое дело, Варюшка. И ты в него не лезь! Еще не хватает, чтоб ты в какие-нибудь тайны влезла по молодости и по неопытности!
– Хорошо, – тут же вспылила Варя, которая вовсе не это хотела услышать.
– Пусть все горит синим пламенем, а я с Вадимом поеду кататься в ЦПКО на карусельке! Да, пап?!
– Кто такой Вадим?
– Да водитель, я же тебе говорила! А чем это так воняет, а? – И она потянула носом.
– Да курю я, – сказал отец виновато. – Разволновался вот с тобой.
