– В какой суд?
– В народный, – пояснил друг Сапогов и кивнул на Дэна. – На него все грозятся в суд подать!
– За что? – осведомилась Глафира.
– За все, блин! – вдруг взорвался Дэн Столетов. – Только я не брал ничего, понятно вам?! И Сапогов ничего не брал! – Сапогов помотал головой сначала из стороны в сторону, а потом вверх-вниз, подтверждая, что нет, не брал. – Мы свою работу сделали и ушли, и точка! Мы журналисты, а не гопники!
Сапогов опять помотал, подтверждая, что они журналисты, а не гопники.
– И разговаривать мы будем только в присутствии адвоката, – выпалил несостоявшийся гопник Денис Столетов, названный так в честь «Денискиных рассказов» Драгунского. – А вы, пожалуйста, подавайте в суд, хоть в Гаагу! Только я все равно ничего не брал!
– А что украли-то? – осторожно спросила Глафира. – И у кого?
– Ничего мы не крали! Ни я, ни Сапогов! А у этой Олеси, про которую материал делали, украли кольцо с бриллиантом!
– Вот это?
В желтом свете фонарей, как всегда, немного тревожном и нервном, бриллиантовый мяч переливался, дрожал, горел и как будто двоился.
Словно отсвет лег на лица обоих притихших парней, и вроде бы даже всполохи пошли, как от молнии.
Дэн Столетов потянул с шеи шарф.
– Где вы его?..
Друг Сапогов шевельнул губами беззвучно.
– Откуда оно?..
– Оно всегда было у меня.
– То есть это вы его украли?!
– Мне его подарил мой муж, Владимир Разлогов, – отчеканила Глафира и спрятала руку в перчатку. Парни проводили камень глазами.
– Нам надо поговорить!
– Так, хорошо, – быстро и серьезно сказал Дэн Столетов, – поговорить. Только мы правда сейчас не можем. Мы на съемку едем, опаздываем уже! Если только после… Но она может затянуться, съемка-то!
– Уходящую натуру снимать всегда долго, – подхватил друг Сапогов.
– Какую… уходящую натуру? – не поняла Глафира."
"– Мастодонтов, – и Дэн Столетов махнул рукой. – Ну великих! Вы что, не понимаете?
– Нет, – призналась Глафира.
– Что тут непонятного? Великих, – и Дэн Столетов опять сделал некое движение рукой.
– Не нынешних, а настоящих! Ну вот, Татьяну Доронину, к примеру. Эльдара Рязанова. Караченцова. Людмилу Гурченко. Знаете таких?
Глафира призналась, что знает.
– Ну это все великие. Снимать их всегда долго. Интервью брать тоже тяжело! Они за свою жизнь столько интервью дали, что… – тут Дэн закатил глаза. – А пресс-секретари у них такие вредные бывают, ужас. И то нельзя, и другое нельзя!..
