В бинокль я видел только этот бугорок, не более, но вскоре я, наконец, удостоверился. Справа от бугорка появилась ветка, да такая прямая и знакомая, что я, наконец, расслабился.
– Пришел все-таки! Не обманул ожиданий, – пробормотал я себе под нос и снял винтовку с предохранителя. Что меня остановило, даже не понял, вот просто взял и отвернул ствол в сторону. Ближе, буквально на ровном месте в снегу лежал человек, и этот человек целился в мою сторону. Как я смог его прохлопать? Он что, здесь с вечера лежит, он же ранен, крови много потерял.
Пока наблюдал окрестности в поисках стрелка, пропустил то, что тот уже был здесь и находится в низине, там я его и прощелкал. Но он меня все-таки не видит. Ствол у меня абсолютно белый и на фоне белого снега не виден. Да если бы он меня видел, уже бы выстрелил, но кто же второй? Бляха, этот урод что, всех моих бывших учеников смог к себе перетащить. Второй меня точно не видит, смотрит под углом в девяносто градусов относительно меня, а вот тот первый, что внизу лежит, тот глядит сюда, и малейшее движение с моей стороны будет последним.
Черт, как же мне тебя отвлечь, чтобы направить ствол в твою сторону? А если… да, нужно пробовать.
Винтовка у меня так и смотрела в сторону того человека, что лежал на верху холма. Медленно, буквально по миллиметру я приближал прицел к лицу и как только увидел в нем силуэт, выстрелил. Крик, резкий и пронзительный разнесся на всю округу. Орал человек потому, что я выстрелил ему в руку, патроны у меня спиленные, наверняка оторвал или целиком, или на худой конец вырвал приличный кусок.
Снег, зараза, хоть и был мокрым, все же полетел в стороны. Ствол у меня был в десятке сантиметров над снегом, поэтому, конечно, я его потревожил. Тут же раздался выстрел «неглушеного» ствола, и, уходя в сторону перекатом, я почувствовал, как что-то дернуло мое плечо. Боль была адская, похоже, у него «мои» пули. Правое плечо жгло огнем и дергало, как же больно-то, но я уже ловил стрелка в прицел. Тот видел, что попал, и готовился добить меня.
Выстрелили мы одновременно.
Больно, черт. Башка раскалывается. Кто-то говорит рядом.
– Смотрите, ребята, майор очнулся!
– Ой, не орите вы, черти полосатые, – прошептал я. Это были мои ученики, а я был в санчасти школы.
– Чего было-то?
– Товарищ майор, мы их подобрали. Капитан Лебедев наповал, полголовы снесло, а второй жив, вы ему руку отстрелили.
– Хорошо, а куда мне-то прилетело? Болит голова, а больше не пойму что.
