– Чего это в одиночку? Я с Семкой был, да еще парней отличных у разведки прибрал.
– Ты хоть знаешь, кого вы приперли? – видя, что я не реагирую, Истомин продолжил: – Этот генерал был командующим целого подразделения егерей на этом фронте, упирался, гад, почти сутки, но теперь поет так, что заслушаешься. Они тут такое задумали, сейчас СМЕРШ по всей округе вместе с армейцами лазают. Дивизиям, что собирались расширять плацдарм, приказ стоп.
– Ну вот, полезное дело сделали. Представь разведчиков к орденам, ну и моих не забудь.
Арест он устроил, рассказы мне тут рассказывает, парни мои как? Вот с чего бы начал, тогда и я бы, может, не выступал! – мне пофигу, с Истоминым наедине мы еще и не так можем разговаривать. Я его на стрельбище еще и пинками подгоняю, когда он изъявляет желание с нами пострелять.
– Да, извини. Наверное, ты прав. Деда в Москву увезли, делают, что могут, но… Сам понимаешь, чудес не бывает, а он очень серьезно ранен.
– Ясно. Спасибо за заботу, я все понимаю, другой бы уже умер, наверное.
– Знаешь, что он сказал мне наедине, когда в самолет грузили?
– Что? – я заинтересованно поднял глаза и уставился на Петровича.
– Он все знает. Кто именно рассказал, конечно, не говорит, но просил передать, что раз уж ты не дал ему сгинуть в сорок первом, то уж он просто обязан дожить хотя бы до победы. И будет стараться.
– Вот это номер, твою мать! Это наверняка ему парни в плену сказали, думали ведь уже все, не увидимся больше, вот и рассказали. Он ведь с сорок первого что-то подозревал, не такое, конечно, но парни постоянно говорили, что спрашивает, чего это командир к нему, простому радисту, так расположен.
– Я тоже так подумал, ну в принципе ничего страшного не вышло. Язык он за зубами держит, за всю войну пару раз всего видел, чтобы он вообще разговаривал с кем-то просто так.
– Да нет, так-то он парень веселый. Просто мы моложе все, хотя здесь проще, чем… там. Здесь есть то, что объединяет весь народ, от мала до велика."
"Проболтали мы с командиром чуть не целый день.
Вечером были сборы, и я вылетел домой. Истомин передал приказ отдыхать, пока группа не восстановится. Целые-то только мы с Семой остались, остальным всем досталось. Митроха еще не сильно пострадал, он к нам позже приедет, а пока будем готовить молодежь, и Берия серьезно отнесся к моей идее о помощи милиции. Да, жестко, даже жестоко, но все это дерьмо, что портит жизнь в тылу простым людям, мы будем вырезать под корень.
