– Я зачитал специально для вас осовремененный мною текст из медицинского справочника середины восемнадцатого века. Там еще говорится, что ведьмин корень редко встречается, в России растет только на Кавказе, но не везде, а в одном маленьком ареале. Я поинтересовался работами Йоргена. Тот действительно был великим токсикологом, в свое время написал несколько статей о ведьмином корне, собирался применять его при лечении шизофрении, сообщал о разработанном им противоядии. Если вовремя употребить его, человек остается жив, полностью восстанавливает физическое и психическое здоровье.
Но потом ученый отказался от работы с растением, увлекся другими проектами. Йорген умер четыре года назад, сейчас его лабораторией заведует любимый ученик ученого, профессор Генрих Траубен.
– Муж Насти, – вставила я свое словечко. – И он никогда не расскажет, что было с Волоколамской, когда ее привезли в бессознательном состоянии в Мюнхен.
– Верно, – согласился Глеб Валерьянович. – К сожалению, российские врачи не очень серьезно относятся к медицинской тайне.
Борис Львович Атаманов, молодой психиатр, пытающийся лечить Никиту Рязанцева, сразу рассказал о его состоянии Татьяне. Увидел ее удостоверение и разоткровенничался. Не имел на это права, но распустил язык. А вот европейский медик так не поступил бы, потребовал бы ордер от прокурора. Бесполезно затевать беседу с Генрихом, Настя не только была его пациенткой, но и стала ему женой.
– А почему при вскрытии Ледневой, Казаковой и Крапивина не нашли яд? – спросил знакомый голос.
Я посмотрела в сторону двери – на пороге стоял Денис.
Глеб Валерьянович побарабанил пальцами по столу.
– Здесь надо учесть три момента. Первый. Крапивин был алкоголиком, полиция не сомневалась, что он вывалился из окна в состоянии белой горячки, поэтому токсикологического анализа не делали. Мамонтова-Казакова совершила самоубийство на глазах у мужа, об отравлении ни одна душа не думала, наличие яда в ее теле не проверялось. В обоих случаях вскрытие проводилось формально.
Второй момент. Следует знать, что искать. Ведь теста под названием «Все отравляющие вещества» на свете не существует. О ведьмином корне никто ничего не знает. И как определить наличие в организме следов растения, неизвестно. Лично я даже не представляю, как это сделать, поэтому ничего об отравлении Ледневой сказать не могу. Третий момент…
– Не надо, – остановил эксперта Роберт, – хватит первых двух.
– Вот у меня вопрос, – завел Денис.
