Мы скользили над рекой, ноги практически доставали до глади воды. Ущелье постепенно сужалось. Стены густого леса теснее обступали реку. Дикарка шумела и пенилась, словно злясь, что оказалась в ловушке, сжатая с двух сторон скалистыми обрывами.
Ощущения от стремительного скольжения над бурной рекой действительно были незабываемыми. Я посмотрела на Рэдвина и поняла, почему парочки часто выбирали именно открытые кабинки. Стоит повернуть голову, как обнаруживаешь, что сидишь так близко к партнеру, что можно рассмотреть его длинные рыжие ресницы, веснушки и даже черные мелкие крапинки на прозрачно-серой радужке глаз…
Если я качнусь вперед, то мы непременно встретимся губами.
Это будет считаться репетицией поцелуя или случайным касанием?
Кабинка внезапно дернулась и с толчком остановилась. Меня действительно швырнуло вперед, на Рэдвина, но мы вовсе не встретились губами, как в любовном романе, а шибанулись лбами. Ремни врезались в тело. У меня из глаз брызнули слезы, у Даррела, должно быть, посыпались звездочки.
Охнув, я инстинктивно отпрянула, а Рэдвин — схватил меня за затылок и заставил прижаться отбитым лбом к его груди. Определенно, рефлексы у нас были разные. Наверное, со стороны могло показаться, что парочка в открытой кабинке подралась.
Мы замерли в странной позе. Между тем с моей правой пятки вкрадчиво соскользнула туфля. Я попыталась остановить падение, но тщетно. Изящная кожаная лодочка, половинка от пары, самоотверженно приносившей мне удачу на экзаменах, сорвалась в воду.
— Все в порядке? — тихо спросил Рэдвин, ощутив мои судорожные телодвижения.
— Винни, у нас потеря, — смиренно промычала я ему в грудь. — У меня утопилась обувь.
— В смысле, полностью? — разжав руки, обескураженно спросил он.
— Нет, только наполовину, — ответила я и подняла ноги, демонстрируя ополовиненную пару.
Кабинка вновь вздрогнула и рванула с места. Вторая туфля слетела в бурные потоки Дикарки.
— А теперь полностью, — через паузу прокомментировал Рэдвин.
— Они прожили короткую, но насыщенную жизнь, — со смешком заключила я, окончательно смирившись с тем, что на идеальном свидании осталась позорно разутой.
Канатная дорога вильнула, впереди появилась оживленная Широтная улица с многочисленными магазинчиками, кафе и едальнями. Мимо проплыло белоснежное двухэтажное здание «ТрисДартиш» с колоннами и панорамными окнами. Наконец кабинка добралась до платформы для посадки и высадки пассажиров. Рядом в ожидании поездки толпился народ.
