Но вот идти по открытой местности, из оружия имея лишь маленький топорик, ей самой казалось очевидным самоубийством. С парой неразвитых заражённых она, пожалуй, справится и так, но что, если их окажется больше? Или вместо неразвитых встретится тварь вроде топтуна или хотя бы лотерейщика? Тем более, чёрные неслабо так нашумели при охоте, есть риск, что заражённые, в том числе и матёрые, уже несутся сюда со всех окрестностей. Запах эфки, который оставляют за собой чёрные, даст ей хоть какой-нибудь шанс отбиться или уйти.
А если она прямо сейчас повернёт левее, то слишком сильно рискует до соседнего кластера не добраться. Или добраться, но в чьём-нибудь желудке.
Шпилька давно уже догадывалась, почему Пекло назвали Пеклом. Даже на самом его краю ей встретилось целых два кластера с мегаполисами. А что такое мегаполисы в условиях Улья? Это толпы потенциальных заражённых. Те самые толпы, которые обошли её стороной только по одной причине. Фунгицид, вывезенный из Москвы группой Жнеца и украденный мурами.
Бандиты распыляли его на своём пути, чтоб отпугнуть заражённых, а она шла как раз по их следам.
Вот и сейчас она решила двинуться вслед за чёрными. Тоже рискованно — если чёрные решат оставить засаду, попасть в неё будет легче лёгкого. Зато мертвяков можно какое-то время не опасаться.
Идти по песчаным отвалам было тяжело. Но наступать на впечатавшиеся в песок следы колонны Шпилька опасалась, предпочитая держаться метрах в трёх от них. И не зря — склоны осыпались под ногами, вездесущий песок лез в ботинки и под штанины, раздражал глаза и скрипел на зубах.
Можно представить, что было бы, окажись и этот песок смешан с эфкой. Тот ещё яд. Да и действует, как выяснилось, не только на заражённых, но и на иммунных.
Ладонь, кстати, горела до сих пор, и ни усиленное потребление живчика, ни даже обливание им поражённой кожи не избавило Шпильку от неприятных ощущений.
Только в сумерках Шпилька, наконец, добралась до следующего кластера. Постояла какое-то время, ковыряя носком ботинка идеально ровный срез, разделяющий карьер и грунтовую дорогу, идущую параллельно границе.
С противоположной стороны от неё раскинулось кукурузное поле. Побеги, как водится, высажены были тесными рядами и успели уже вымахать выше человеческого роста. Из соцветий призывно торчали зрелые, судя по коричневым прядям, початки, при виде которых желудок не выдержал и призывно заурчал.
Следы чёрных уходили дальше на восток.
