Но это хлопотно, и не так уж выгодно, потому что в неволе зараженные развиваются плохо, выхлоп споранов с них очень невелик, гороха при этом вообще слезы, не говоря уже о прочем. И урожай дают лишь раз, при повреждении спорового мешка зараженный не выживает, это их самое слабое место. Потому у иммунных основная профессия – охотники за потрохами, или говоря на языке Улья – трейсеры. Вообще-то всех, кто по той или иной причине выходит со стаба, можно отнести к охотникам, потому как возможность разжиться споранами или горохом никто не упустит.
– И далеко отсюда до стаба?
– До ближайшего рукой подать. Но он нам не нужен.
– Почему?
– Да это тройник простой. Ну то есть совсем мелкий стаб, который возникает в месте, где сходятся границы трех приличных кластеров. Тройники редко бывают больше километра по площади, там особо не разгуляешься, поселения там очень нечасто устраивают, и приличные никогда. Так, одна-две берлоги где честному бродяге нечего делать, или пара схронов. И это не здесь, а на западе такую мелочь могут заселить.
Здесь слишком опасные места, постоянно никто не живет. Ладно, пора спускаться на землю грешную, ничего мы отсюда не высмотрим, а вот заметить нас – плевое дело. Там за цехом щит пожарный, топор сейчас прихватишь. В Улье без оружия даже сопливые дети не ходят, с чего-то тебе начинать надо. Топор – очень даже неплохое начало. Грамотное. Надежно вырубает и тихий. Тебе он понравится.
* * *
Возле пожарного щита обнаружилась неприятная находка.
Человеческие останки – скелет с отдельными клочьями дурно выглядевшей плоти, одежда разодранная, заскорузлая. Шуст даже внимания на эту картину не обратил, а вот Карат, изучив костяк, спросил:
– Почему на него вороны не садятся?
– Зачем им кости без мяса? Они не какие-нибудь некрофилы.
– Тут еще есть, что поклевать, а они даже не подлетают, так и кружатся над отвалом.
– Там, небось, повкуснее вещи имеются. В Улье дохлого добра навалом, не обращай внимания, быстро привыкнешь.
Топор был тяжелым и с неудобной рукоятью. Но лучше такой, чем встречать очередного бегуна голыми руками. У неразвитых тварей нет ни когтей, ни опасного челюстного аппарата, но, как успел убедиться Карат, силы в них хоть отбавляй.
За ближайшем углом обнаружилось еще одно тело, на этот раз серьезно растерзанное – кости разбросаны в радиусе нескольких метров. Шуст, резко насторожившись, тихо произнес:
– Два жмура рядом, это не очень хорошо.
