Мне бы и в голову не пришло шантажировать Фридлендера. Кейд четко просек его психологию.
— В самом деле? — кисло ответил Мейтисон и положил трубку."
"Кейд и Бердик стояли у входа в полицейское управление, когда оттуда вышел Джерри Маршалл в окружении возбужденных газетчиков. Злой полицейский расчищал Маршаллу путь к автомобилю Кейда. Под сверкание фотовспышек Джерри забрался в машину и плюхнулся на заднее сиденье. Кейд тут же нажал на стартер.
— Мистер Бернстейн объяснил мне, что вы для меня сделали, мистер Кейд, — сказал Маршалл.
— Я очень обязан вам. Огромное вам спасибо.
— Вы больше обязаны своей сестре, чем мне, Джерри. Она прекрасная девушка. Постарайтесь не огорчать ее в будущем.
Бердик про себя улыбнулся. В голосе Кейда звучали ноты, которых он никогда раньше не слышал. Бердик знал о Хуане. И он надеялся, что Вики Маршалл сможет стать столь необходимым для Кейда противоядием.
Кейд притормозил у дома, где они с Бердиком жили.
— Поднимайся наверх, — сказал он Маршаллу. — А мы пока чуток покатаемся.
Отвези сестру домой и держись подальше от всяких приключений. Часа через два мы намерены лечь спать. Желательно, чтобы к этому времени вас там не было.
Маршалл выбрался из машины. Потом наклонился к стеклу.
— Вики захочет поблагодарить вас. Пожалуйста, поднимитесь со мной.
Кейд покачал головой.
— Не люблю я этих эмоций… Не заставляй ее ждать. Пока, Джерри, — он вырулил прочь от бровки.
— Ловко ты все провернул, — сказал Бердик, закуривая сигарету. — И девица очень милая.
— Да, — согласился Кейд.
Они ехали по оживленным улицам в густом потоке машин, и временами Бердик бросал взгляд на Кейда. Спокойное выражение лица и некоторая мечтательность во взоре Кейда понравились Бердику. То были первые признаки, что боль и напряженность, постоянно сопутствующие коллеге с тех самых пор, когда Бердик с ним познакомился, начали исчезать.
На следующее утро оба вылетели из Нью-Йорка в Голливуд. Это было оговорено еще две недели назад. В Голливуде они должны были сделать статью о забытых кинозвездах.
Для Кейда это была прекрасная возможность показать все, на что он способен. Мейтисон был уверен, что материал получится уникальный.
В Нью-Йорк вернулись через десять дней. Кейд следил по газетам за делом Фридлендера. Собственно, дела никакого не было — как и обещал Бернстейн все быстренько спустили на тормозах. Обвинение с Маршалла было снято, а Фридлендер уехал в Рим, дабы восстановить подорванное здоровье.
