Поскольку Кейд в глубине души был человеком простым и порядочным, то он никак не переставал удивляться своим непрерывным успехам, равно как и не переставал благодарить за это Господа-Бога. Он часто вспоминал свой первый триумф, когда в возрасте десяти лет выиграл приз в одну тысячу долларов на всемирном состязании фотографов-любителей. И с тех пор его жизнь была сплошной полосой везения: он никогда серьезно не болел; у него всегда были деньги и всегда была собственная машина; он никогда не голодал; с ним не приключалось никаких особых несчастий; при необходимости находилась какая-нибудь шикарная дама, готовая разделить с ним ложе.
Возможно, именно поэтому внезапное вторжение в его жизнь Хуаны Рока не поразило его так сильно, как поразило бы оно любого другого, менее удачливого человека. Это, конечно же, не означало, что у Кейда не кружилась голова и что он без всякой благодарности принимал этот сверхщедрый дар богов.
Сидя в баре «Эль Президента» — отеля с подсвеченным огнями искусственным водопадом и огромным бассейном, — потягивая горький чинзано со льдом и ожидая Хуану, Кейд пытался привести в порядок впечатления последних двадцати часов.
Девушка была загадкой. Она призналась, что влюбилась в Кейда сразу же, как только увидела его в «Хилтоне», навела справки, узнала, кто он такой и номер его комнаты. По ее мнению, что может быть естественнее: когда он, Кейд, захочет ее, Хуану, — а он непременно ее захочет, — то легко и незаметно попадет к ней в комнату.
У них до сих пор не было времени как следует познакомиться, хотя, казалось, Хуана про Кейда знала гораздо больше, чем он про нее.
Впрочем, он ведь человек известный, может, тут и нет ничего удивительного.
Еще ни с одной другой женщиной он не испытывал такого наслаждения и такого взрыва страстей! Хуана была нежна, умела, слегка отстранена и неистощима.
Он вдруг сообразил, насколько непереносима будет жизнь без нее, и испугался. Ни к кому другому не испытывал Кейд таких чувств. До этого, заводя очередной роман, он всегда был настороже и не давал завлечь себя надолго.
А теперь одна только мысль о том, что у них будет дом и они постоянно будут вместе, приводила его в восторг, который, впрочем, немного омрачали воспоминания о Барреде. Но, в конце концов, успокаивал он себя, Барреде уже шестьдесят пять. Ну как может старость тягаться с таким неукротимым, страстным темпераментом? Вспоминая ее взгляды, объятия и поцелуи, Кейд был твердо убежден, что Хуана любит его не меньше, чем он ее.
