— Девочка наша, ну что же это такое. Не плачь.
А для Сони эти слова как спусковой крючок и ее истерика заходит на следующий круг. Растерянно смотрю на Арину. Я правда не понимаю, что мне делать.
— Вызывай, — соглашаюсь.
Пусть уколют ей что-нибудь, чтобы уснула.
Арина вызывает врача, садится на край кровати, толкнув мои ноги, чтобы подвинулся.
— Ты мне можешь объяснить нормально, что произошло?
— Давай потом, — прошу ее.
Мы дожидаемся врача. Он выгоняет нас из комнаты. Минут через десять выходит сам.
— Она уснет сейчас до утра.
Подавайте дня три вот эти препараты, — протягивает Арине листочек с названиями. — Дозировка на упаковках. Если лучше не станет, звоните, сведу вас с узким специалистом.
— Спасибо, — жму ему руку. Провожаю.
Хорошо, что отца еще нет. Умоляю Арину не говорить ему о случившемся. Будет очень много вопросов. Мне сейчас совсем не хочется огребать от него за наши отношения с кошкой.
Телефон кидает в меня напоминалкой о запланированной тренировке. И как, блин, ехать?
— Иди, я присмотрю, — Арина все понимает.
— Звони, если проснется, я сразу приеду.
Она улыбается. И вот чего, спрашивается? У меня нервы звенят, а она улыбается. Вопросительно смотрю на нее.
— Тебе очень идет быть влюбленным, мой мальчик. Поезжай, а то опоздаешь. Вернешься, мы с тобой обязательно серьезно поговорим.
— Арин, — закатываю глаза.
— Не обсуждается, — шлепает меня по бедру полотенцем.
Раздраженно застонав, поднимаюсь к себе, быстро закидываю в сумку кроссовки, форму, бутылку для воды.
Накидываю куртку и топаю в кабинет отца за ключами от своей любимой машинки."
"Выгоняю синий спорткар с белыми полосками по бортам на заснеженный двор. Он рычит, недовольно буксует. Застоялся красавчик. А я соскучился. Без Сони даю чуть больше газа на светофорах, поднимая из под колес грязный снег, смешанный с песком.
Заезжаю за Севером. Они с Элей плюхаются на заднее. Обнимаются там, тискаются, гады! А моя кошка дома и мне без нее становится тоскливо.
— Где Соня? — интересуется Эля.
— Заболела. Пришлось дома оставить. Сейчас Макса еще заберем, он очень просил, — улыбаюсь, — буквально умолял.
— Опять с кем-то познакомился? — ржет Север.
— Да не, проверки же в лицее, маман его не в настроении. Решила заняться воспитанием сына.
— А как она его с нами тогда отпустила? Мы же эти, как его… О, вспомнил! Сволочи бессовестные и еще кто-то из этой же серии, — прикалывается друг.
— Мальчика хорошего ей испортили, — добавляю я. — Север, это же Авдеев.
