А тут чистое любопытство, ну и твоя репутация, — подмигивает Дашка. — И я немножко ревную.
— А как же твоя большая любовь к Северу?
— Одно другому не мешает. Да и закончилось все с Севером. А может… — приближается к моему лицу и выдыхает в губы, — заедешь вечером? — в последний момент уворачиваюсь от поцелуя.
— Да пошла ты… — задев ее плечом, ухожу.
— И что вы все находите в этих невзрачных провинциалках? — обиженно спрашивает вслед.
В кабинет заходим вместе с Дашкой. Соня удивленно и ревниво на меня смотрит. Оправдываться не за что, но как-то мне все равно некомфортно.
Я думал, наши отношения очевидны. С хрена ли я вообще кому-то что-то должен доказывать? Ну кроме кошки, конечно. Только вот я слишком хорошо помню, где учусь, и раз Дашка сказала, что народ ждет, когда я поступлю так, как все привыкли, значит это правда. И Соню мою могут зацепить этим, а она и так себя накрутила. Элю тоже цепляли, Север пресекал. Теперь, похоже, моя очередь.
Глава 31. Сын прокурора и парень вашей дочери
София
— Мы просто поговорили, — тихо оправдывается Платон, кидая свой рюкзак на парту.
Его одергивает преподаватель. Мало того, что опоздал, еще и разговаривает. А я поймала себя на ревности, когда он ушел с Дашей. Ее слова, брошенные в меня в коридоре, ничуть не задели. Я знаю, что это теперь не так, Платон перестал видеть во мне лишь свою игрушку. А вот то, что они ушли вдвоем и их не было довольно долго, зацепило. Наверное, это на фоне прошедшей ночи. Меня просто еще не отпустило.
Со звонком, народ лениво собирается.
Калужский целует меня в щеку и шепчет на ушко:
— Ты извини, но так надо.
Свистит. Ребята начинают на него оглядываться.
— На три секунды задержитесь, — просит он."
"Север запрыгнул на стол, обнял и притянул к себе Элю. Улыбаются так, будто знают, что сейчас будет. Остальные тоже с интересом смотрят на Платона.
— Официально объявляю, что София — моя девушка. Наша с ней личная жизнь не касается никого из вас. Тема игрушек и вся остальная хрень закрыта. Узнаю, что мусолите, будет ответка.
Вопросы? — тишина. — Ну вот и отлично. Будем считать, что мы друг друга поняли.
Север пожимает ему руку, довольная Эля подбегает и обнимает меня.
— Платон умничка, — щебечет она. — Все правильно сделал. А что от него Даша хотела, не знаешь?
— Все, что она хотела, ей не светит, Эль, — за ее спиной появляется Платон. — Кошка, идем, — протягивает мне руку.
Артем обнимает Этель, что-то урчит ей на ухо так, что даже отсюда видно, как подруга краснеет.
