— Яйцо — пашот, блинчики с медом, — загибаю пальцы, — и черный кофе.
— Да я не успею все это приготовить, нам же на занятия! И это яйцо не умею, — признается.
— Не мои проблемы. А если не хочешь опоздать, поторопись, — встаю с кровати, подхожу к ней максимально близко. — Когда тебя не тошнит, целоваться с тобой очень даже приятно, — выдыхаю прямо в ее влажные, искусанные губы. — Жду свой завтрак, — сваливаю, а то она и правда не успеет.
Принимаю душ, переодеваюсь в форму лицея, спускаюсь в столовую. Отца уже нет.
Гордей смотрит на меня с любопытством. Из кухни появляется София, ставит передо мной поднос. На нем тарелка с обычным яйцом, сваренным вкрутую и бутерброды с джемом.
— Это что? — недовольно кривлюсь.
— Вот это, — тыкает пальчиком в яйцо, — пашот, а это, — показывает на бутерброды, — мой вариант блинчиков, — улыбается кошка. — Приятного аппетита.
— Ты отвратительно готовишь, — отодвигаю поднос подальше.
Старший брат давится смехом, стараясь быстрее проглотить свою еду.
— Я ведь сказала, что не умею, — пожимает плечами эта осмелевшая зараза.
— Извини, мне пора собираться на учебу.
— Кажется, тебя опять сделали, — издевается Гордей. — Сдаешь на глазах, братишка, — обходит стол, — влюбленность, она такая, — тихо говорит мне на ухо, — хочешь — не хочешь, начинаешь уступать.
— Ты куда-то шел? — скидываю его руку с плеча. Кивает. — Вот и вали! Гордый, — одумываюсь в последний момент. Надо же, чтобы он меня прикрыл, — меня не будет сегодня ночью.
— Меня тоже, но я тебя понял.
Прикрою, если отец будет звонить. Уверен, что оно тебе надо?
— Не задавай дебильных вопросов, брат, — прошу его.
— Да я то чего? Я не лезу, — поднимает руки и выставляет их перед собой. — Сам разберешься.
Глава 16. Влюбленность = приятно?
Платон
После психологии мозг кипит так, что голову хочется засунуть в морозилку. Сегодня говорили о самоутверждении себя как личности. Старая тема, нас уже который год по ней гоняют, просто расширяя ее изнутри в силу взросления.
Припомнили нам наш с парнями прошлогодний марафон, как яркий пример неправильного самоутверждения — попытки доказать, что мы чего-то стоим крайне сомнительным, местами унизительным для окружающих способом.
На нем и разбирали все от гормонального бардака в наших головах до нехватки внимания со стороны семьи."
"В итоге потухли практически все. Конечно, никаких имен, все в пределах профессиональной этики, все в общем и про всех сразу, но каждый примерил на себя. Это правда ведь.
