– В альбоме Крапивина я нашел откровенные эротические фотоснимки, на которых он вместе с Ольгой, – выпалил Бабкин. – Они любовники, понимаешь? Вот тебе и мотив, которого я не мог найти, и для него, и для нее! Видел бы ты его лицо, когда он понял, что я нашел фотографии.
Макар молчал, словно пораженный какой-то мыслью. Наконец он встрепенулся, раздосадованно щелкнул пальцами.
– Сейчас же звони Крапивину, – приказал он. – Сергей, быстрее!
– Черт возьми, вот чего я не учел... – бормотал Илюшин, пока Бабкин набирал номер.
– Мы слишком долго тянули, а твой визит его наверняка подтолкнул, и он станет действовать быстро, пока все сходится так, как ему нужно ...
– Он не берет трубку!
– Тогда звони Ольге. Звони, говори, что ты приедешь, постарайся вытащить ее из дома любыми способами. Она должна уйти из квартиры до прихода Крапивина.
– У нее автоответчик! – Сергей выругался.
– Как – автоответчик? Она должна быть...
Макар оборвал фразу на полуслове, нахмурился.
– Конечно! Она должна быть...
Он замолчал, прикрыл глаза, покачался на носках.
Ничего не понимающий Сергей спросил «Что ты делаешь?», но Илюшин сделал короткий жест, означающий «Не мешать!», и тот подчинился. Полминуты Макар стоял с напряженным лицом, сомкнув брови, затем хлопнул в ладоши.
– Крылецкое!
– Что такое Крылецкое? – осторожно спросил Бабкин.
– Место, где у Силотского загородный дом! О нем упоминала жена Качкова, когда показывала мне снимки. Уверен, что Ольга должна быть там, а Крапивин наверняка поехал за нею следом!
– А ты знаешь номер дома? Как мы его найдем?
– Говорю тебе, я видел его на фотографии! – Макар уже стоял в коридоре, тянул с полки шарф.
– Серега, быстрее, быстрее! Из-за моей глупой ошибки мы и так потеряли кучу времени.
Карту Бабкин всегда держал в машине, и пока он гнал по шоссе, Илюшин объяснял, как проехать.
– Сорок километров, – пробормотал он. – Не очень далеко...
– Главное, чтобы пробок не было, – бросил Сергей, объезжая по обочине несколько машин, пристроившихся за медленно движущимся грузовичком.
– Пробки, пробки... – Макар провел пальцем по карте и вдруг скомандовал: – Уходи в поворот! Направо, давай, сворачивай!
Проглотив ругательства, бешено просигналив машине справа и подрезав ее самым безбожным образом, Бабкин вылетел в поворот, попал колесом в яму, отчего их с Илюшиным сильно тряхнуло, и понесся по узкой дороге, с одной стороны которой выстроились старые серые пятиэтажки, а с другой лежало покрытое талым серым снегом поле.
– Куда мы?..
