– Всё дело в том, что слухи о твоей долине давно уже разошлись по всей пустыне. И то, что твой сын пропал, давно уже обсуждается во всех городах. Не могу сказать, что чистые не обрадовались этому известию. Они все спят и видят, как избавиться от твоего города мастеров. Кстати, это правда, что ты собираешь у себя всех, кто умеет делать что-то необычное?
– Правда. Я даю приют всем мастерам. Дом, мастерская, ученики – всё это они получают в долине, если соглашаются обучать подростков.
– Хочешь сохранить разные искусства, – удовлетворённо кивнул старик.
– Да. Любое мастерство ценно.
– Согласен. Тогда, может, и для меня у тебя в долине найдётся уголок?
– А что ты умеешь? – насторожился Ли.
– Рисовать карты. Я могу нарисовать карту всего побережья. За долгие годы жизни я его прошёл вдоль и поперёк.
– Ты умеешь составлять карты земли? – растерялся Ли.
– Да. Когда-то один старый умелец научил меня этому. Но карты были никому не нужны. Пришлось стать почтальоном.
– Карты – штука нужная. И как много земель ты можешь нарисовать?
– Я же сказал: всё наше побережье на десять дней вглубь пустыни от Длинного болота.
– Серьёзно ты побродил, – покачал головой Ли.
– Шестьдесят семь лет я прожил в этой пустыне, и каждый день я куда-то шёл. Как ты думаешь, сколько дорог я исходил за эти годы?
– Думаю, много, – кивнул в ответ Ли.
– Так ты готов дать мне кров и мастерскую в обмен на мои знания? – настороженно спросил старик.
– Как тебя зовут? – вместо ответа спросил Ли.
– Пью-почтальон. Под этим именем меня знают везде.
– И тебя не смущает, что ты будешь жить рядом с мутами и обучать их? – осторожно спросил Ли.
– Нет. Я прошёл много городов, но ни в одном из них никто никогда не пытался сохранить старые знания. Ты решился на это первым. Так что ты решил?
– Ты получишь дом, мастерскую и учеников. Но учти, Пью: если ты вздумал меня обмануть и просто хорошо устроиться за мой счёт, то ты об этом сильно пожалеешь.
– Парень, ты хоть знаешь, как выглядят карты?
– Знаю. У меня есть десяток, ещё довоенных.
– Если дашь мне на них посмотреть, я научу твоих ребят делать настоящую бумагу, – восторженно вздохнув, сказал Пью. – Конечно, не такую белую и гладкую, как делали раньше. Но это будет настоящая бумага."
"– А не врёшь? – растерянно спросил Ли.
Получить настоящую бумагу было его давней мечтой. Слишком много чертежей и схем ему приходилось рисовать просто на песке и гладко оструганной доске.
– Не вру, – качнул головой Пью. – Я действительно это умею.
– Хорошо.
