Сообразив, что переспорить эту торговку не удастся, человечек сделал рабам знак выдать требуемый товар.
Получив четыре канистры бензина, Джесси приказала рабам нести их к машине. Попытавшийся возразить букмекер наткнулся на её яростный взгляд и, смирившись, сделал рабам знак доставить товар на место.
Заметивший её триумфальное шествие шериф не смог удержаться от шпильки.
– Вы же говорили, что не азартны, госпожа, – с ухмылкой сказал он, нагнав её на улице.
– Я торговка, а значит, не могу упустить случай заработать.
Тем более что мой раб держится очень даже неплохо, – пожала плечами Джесси.
– Откровенно говоря, я и сам удивлён. Не думал, что он окажется настолько ловок и даже сможет справиться с этим чудовищем, – криво усмехнулся шериф.
– А вы заметили, как он остановил хозяина этого монстра? – неожиданно спросила Джесси. – Одним ударом. Это именно то, о чём я вам говорила. Он всегда убивает именно так – быстро и почти безболезненно.
– Я заметил, – задумчиво кивнул шериф. – Похоже, он когда-то прошёл обучение правилам кулачного боя.
– Чего? – спросила девушка, призвав на помощь все свои артистические таланты.
– Когда-то где-то на побережье существовала одна обитель. Монастырь, если хотите. В этой обители люди не признавали оружия, но отлично сражались голыми руками. Группа людей, пытавшихся навести хоть какой-то порядок в своих поселениях, обратилась к этим монахам с просьбой научить их этому искусству. Но монахи – люди недоверчивые. Они обучили просителей только отдельным приёмам, скрыв базовые основы искусства.
Постепенно монахи вымерли, обитель опустела, а величайшее искусство оказалось утерянным. Думаю, ваш раб научился драться у кого-то из тех самых людей, которые приходили в обитель. Возможно, именно поэтому он и дожил до своего возраста. Пустыня – жестокое место, и калеки погибают в ней первыми, – тихо сказал шериф.
– А почему вы не допускаете мысли, что мой раб мог учиться у кого-то из монахов? – неосторожно спросила Джесси и тут же прикусила язык.
Покачав головой, шериф усмехнулся в ответ на такое предположение:
– Это невозможно.
Если бы он учился у монахов, его движения были бы другими. И он не стал бы убивать. Это противоречит канонам мастерства. Монахи не признавали убийства.
– Ну, вам виднее, – быстро согласилась Джесси, – я в этом деле ничего не смыслю. Моё дело – торговля.
– Мне бы очень хотелось узнать у вашего раба, кто именно был его наставником, – задумчиво ответил шериф.
– Зачем? – удивилась Джесси.
