Кстати, она не девочка, ей давно исполнилось восемнадцать.
– Вы знаете истинный возраст партнерши? – поразилась я.
Комаров улыбнулся.
– Ну конечно. Страсть к юным партнершам я удовлетворяю при помощи тех, кто продает себя за деньги. У меня нет желания очутиться в центре скандала, связанного с детской проституцией, это грозит большими, и не только моральными, проблемами. Я женат и имею двух дочерей: пятнадцати и тринадцати лет. Представляете их реакцию на сообщение о сексуальных пристрастиях отца? Но я так устроен, что не могу получить удовольствие от зрелой женщины.
Секс с женой я исполняю исключительно по обязанности, и, слава богу, моя супруга не страстная дама, ее основной инстинкт – шопинг. Юля полагает, что хозяйка меня обманула, выдала ее за подростка, и очень старается, ей хочется получить подарки. Я вполне удовлетворен спектаклем. Это мой способ расслабиться. Вот тебе вся правда. Ивана и Михаила я ранее не встречал, о том, что труп ожил, узнал вместе со всеми.
Девочка, рассуди здраво. Я приехал в «Кошмар», чтобы не столкнуться со знакомыми, решил отдохнуть с Юлей, которая филигранно изображает школьницу. Она не знает, что мне известно, сколько ей лет, и играет просто великолепно. М-да. Я назвался врачом, соврал, сама понимаешь почему. Да, я произнес тогда фразу: «Она умерла», но не потому, что помогал Ивану с Михаилом, а потому, что все ждали моего заявления. Зачем мне участвовать в съемке фильма, которую затеяли наглецы? Мне не нужна огласка.
Я хочу отобрать у них видеокамеру и раскрошить ее в пыль. Ты намерена отомстить парням за то, что они здесь устроили. Давай действовать сообща. По рукам? Заключим союз! Мы ведь уже один раз договаривались. Разве я тебя выдал? Рассказал всем о костюме гризли и о том, как ты в нем разгуливала?
Если хочешь победить, надо порой вступать в коалицию с малоприятными людьми. Я осторожно пожала протянутую Комаровым руку.
– Иес! Нам с бабулей не помешает ваша помощь.
Комаров потер шею.
– У вас тут море комарья. Похоже, меня искусали.
– Я включила электрические киллеры, – сказала я, – но от них пока мало толку.
– Ты осмотрела все помещения? Первый этаж, второй? – деловито спросил Комаров.
– Еще не успела, – ответила я.
Дверь в спальню распахнулась, влетела Юля.
– Папа! – закричала она с порога, – беги скорее! Кузьме Сергеевичу плохо! Он ваще уже мертвый!
Я вскочила и ринулась вниз.
