— Если будет убивать, вступлюсь, — серьезно обещает Райан. — Но только если будет убивать.
Киваю и больше ничего не говорю. Это большее, чем кто-либо обещал мне за долгие годы.
Из-за угла появляются Кир и Рид, и не одни. Они тащат под мышки мужчину. Кажется, он без сознания. Голова безвольно болтается из стороны в сторону. Ноги тянутся по снегу, оставляя за собой колеи.
— Что за?.. — Райан вскакивает первым.
— Смотри, какой у нас улов! — радостно приветствует Кесседи Рид, кивая на бесчувственное тело.
— Кто это? — Райан не спешит разделять радость.
Братья выдохлись, ноша попалась крупная. На счет “три” они бросают добычу лицом в снег. Кир устало вытирает пот со лба.
— Тяжелый черт, — комментирует.
— Живой?
От тона Кесседи пробирает дрожь даже меня.
— Конечно, Кесс, — теряется Рид, — ты чего?
— Так поднимай, пока не задохнулся!
Братья послушно бросаются к мужику и вновь поднимают его, подхватив под мышки.
— Он следил за нами, — начинает оправдываться Рид. Думаю, что он старший из братьев, потому как всегда первым держит слово.
— Увидел наш дым и бежал доложить своим. Пришлось брать.
— У меня сейчас руки отвалятся, — жалуется Кир. — Потащили к Фреду, что ли?
— Тащите, — разрешает Райан, отступая с пути.
Братья пыхтят, поднимая пленника на крыльцо. Ботинки бесчувственного мужчины постукивают на ступеньках."
"Стою в стороне, и собираюсь подняться вовнутрь с остальными, чтобы ничего не пропустить, но не успеваю сделать и шага, как в мое плечо впиваются жесткие пальцы, останавливая.
— Осматривался, значит? — впервые вижу ярость в глазах Кесседи. Причины моей задержки ему очевидны.
Что он подумал? Что я заодно с этими людьми? Что у меня какой-то коварный план?
И я делаю то, что могу позволить себе только с Кесседи, потому что думаю, что он поймет, — говорю правду:
— Райан, там женщины и дети.
Ярость исчезает, в глазах появляется понимание. Его губы произносят беззвучные ругательства. Пальцы на моем плече расслабляются, чтобы толкнуть в спину.
— Пошли, умник, живо, — тон такой, что спорить не хочется.
***
Пленник снова лежит лицом вниз, но на жестком полу у него, по крайней мере, нет шансов задохнуться. Крепко же его приложили по голове, что до сих пор не очнулся.
Когда мы входим, Коэн как раз стоит возле бесчувственного незнакомца, толкает носком ботинка в плечо, чтобы перевернуть на спину. Кривится, но в глазах восторг. Новая игрушка, как же.
Никто из членов банды теперь не спит.
