Одобрительный взгляд! — Кэм, — главарь посылает мне рукой нечто вроде вольной интерпретации воинского салюта, ежится на холодном ветру, и уходит обратно в барак.
— Всё на месте? — спрашивает Кесседи Фила, но тот шарахается от него, потирает ушибленную ногу.
— Да пошли вы, — и взбирается на крыльцо вслед за главарем.
— И что это было? — спрашивает меня Райан, когда на мы остаемся на улице вдвоем.
— Ревнует, — отвечаю.
— К кому? — теряется.
Пожимаю плечами:
— К тебе, к Коэну. Откуда мне знать.
Кесседи усмехается.
Кажется, выспался и в прекрасном расположении духа.
— Ну, ты даешь, умник.
Я-то при чем? Фил сам начал, сам спикировал на землю, сам чуть не расшибся. Мне даже приближаться не пришлось.
Так и хочется повторить за блондином: “Да пошли вы!”. Но молчу.
Райан достает сигареты, задумчиво рассматривает пачку (наверное, запасы кончаются), а потом все же закуривает. Усаживается на крыльце.
Подхожу ближе.
— Фил недавно в банде? — спрашиваю.
Задумывается, дергает плечом.
— Где-то полгода, — ага, как раз когда Коэн только-только сменил таинственного Джека на посту главаря.
— А что? — поднимает глаза, в оранжевых лучах заходящего солнца они насыщенного ярко-коричнего цвета.
— Да так, — качаю головой, — ничего, — можно подумать, он не понимает, что я все еще пытаюсь составить целостную картинку, но никак не могу уйти дальше пары-тройки кусочков пазла.
— Не связывался бы ты с ним, — неожиданно советует Райан.
— А то что? — невольно повторяю слова блондина.
— Ничто, — передразнивает Кесседи, а потом говорит совершенно серьезно: — Нечего разводить разборки внутри банды.
Нам извне хватает проблем.
— Этому Джек тебя научил? — тут же пытаюсь взять быка за рога.
В глазах Райана появляется опасный блеск, ясно дающий понять, что данная тема не для обсуждений.
— И этому тоже, — отвечает сухо и замолкает. Крутит сигарету в тонких пальцах и не смотрит на меня.
Делаю вывод, что у Кесседи были теплые чувства к Смирроу. Но тогда вопрос, какого черта он остался в банде с Коэном, который, по данным СБ, Джека и убил?
Райан выбрасывает окурок в снег.
— Пошли, — говорит, — скоро отход, надо поесть и собраться, — не спорю. — Ты теперь всегда будешь подкарауливать меня в одиночестве, — вдруг задает вопрос, — чтобы получить информацию?
Чтобы получить информацию и просто поговорить с живым человеком, с которым мне нравится общаться. Впервые за четыре года.
— И это тоже, — отвечаю коротко. Пусть думает, что хочет.
Райан хмыкает, но больше ничего не говорит.
