– Все, что угодно, Иван Сергеевич, и не провоцируйте меня на нарушение приказа. Этого не будет.
– Вы еще тот служака.
– Это да. Тут вы правы. Служака я еще тот.
– А что? Неплохо пристроились. Сопровождаете должностных лиц различных ведомств в командировках. Это не на передовой сражаться.
Буторин усмехнулся:
– Ну и вы не с винтовкой в стрелковой ячейке сидите.
– Я ученый, у меня «бронь».
– Вот и у меня «бронь».
Знал бы представитель наркомата, какое теплое местечко занимает капитан Буторин. Виктор же не имел права раскрывать свою принадлежность к боевой группе, подчиненной старшему майору Платову, начальнику управления и через него упомянутому Лаврентию Павловичу Берии.
Но Рыбник этого не знал и не мог узнать.
Лязгнула сцепка, к составу прицепили другой паровоз, который покатит вагоны с несколькими остановками до Москвы, до Казанского вокзала.
В дверь постучали.
– Кто? – спросил Буторин.
– Это проводник Егоров.
– Что?
– Обед через двадцать минут.
– С чего это вдруг вы сейчас сообщаете об этом? Раньше не предупреждали.
– Так… – немного замялся проводник, – …начальник поезда в вагоне, а вас я обязан предупредить.
– Понятно, через двадцать минут так через двадцать минут.
Проводник ушел.
Буторин взглянул на Рыбника:
– Вы бы, Иван Сергеевич, портфель свой под диван, в багажный отсек положили!
– Зачем?
– Оттуда его сложнее будет быстро достать.
– Кому достать? – искренне удивился представитель наркомата танковой промышленности.
– Тому, кому очень интересно его содержимое.
Рыбник вздохнул:
– Капитан, ну что вы все усложняете? Мы полторы тысячи километров проехали, и никого, как вы выразились, интересующегося содержимым портфеля не было.
– Не было, но могут объявиться. Последний перегон – для этого самое удобное место.
– С ума сойти! Но вас действительно подействовала долгая дорога.
– Товарищ Рыбник, я отвечаю не только за вашу безопасность, но и за безопасность этого портфеля.
– И кто же возложил на вас эту обязанность? Я имею в виду документы.
Буторин ответил:
– Главный инженер Кировского завода в Челябинске, товарищ Махонин.
– Махонин? Сергей Нестерович? – еще больше удивился Рыбник."
"– Представьте себе. Перед самым отъездом на вокзале предупредил, что и портфель я тоже должен оберегать, наравне с вами.
– Но почему мне он ничего не сказал?
– Приедем в наркомат, свяжетесь с ним по телефону, он объяснит. Я не знаю почему. Так что будьте любезны положить портфель под полку.
