С двумя коллегами (к сожалению, ныне покойными) он открыл секрет производства золота и заключил с правительством весьма выгодное соглашение о том, как именно следует пользоваться этим секретом. Ему случалось пасть жертвой чар личины, но вот так открыто признаваться в неспособности раскрыть тайну? Роуз стало жутко. Он должен что-то придумать. Ему же все по силам, правда?
– Найдете, сэр, – заверила она хозяина, и его лицо несколько смягчилось. Она оглядела комнату. – А эти приборы не могут помочь? Что делает вот этот? – Медные шестеренки механизма рядом с ними все еще вертелись и пощелкивали.
Мистер Фаунтин снова рассмеялся, но на сей раз ему, похоже, действительно стало весело.
– Ах, Роуз. Он отсчитывает пылинки. Зернышки пыли. Вот и все.
* * *"
"На следующее утро через щель для писем просунули нечто гадкое. Вся площадь знала, что в доме номер 23 живет волшебник, это не держали в тайне. Роуз, которую отправили убирать грязь, испытывала все меньше сочувствия к испуганным людям, перешептывавшимся на улицах.
Она гадала, когда кто-нибудь начнет сопротивляться и что тогда случится.
Билл возник перед ней, когда она вернулась с щетками и тряпками, и отмахнулся от ее жалоб на грязь.
– Она будет! Морозная ярмарка. Река замерзла, и на ней уже строят прилавки. Мне рассказал парень-буфетчик из дома напротив, когда я расчищал дорожку к парадной двери.
– Расчищал дорожку, чтобы людям было удобнее засовывать конский… конский помет… в щель для писем! – огрызнулась Роуз. Сиротское воспитание мешало ей говорить прямо.
В приюте Святой Бриджет таких слов не произносили.
– Брось, Роуз, – жалобно протянул Билл. – Ты же обещала, что пойдешь. Неужели решила отвертеться?
– Нет, – вздохнула Роуз. – Я пойду. Мне просто… страшно. Становится все хуже и хуже. Хозяин сегодня опять на рассвете уехал во дворец. У нас с Фредди уже сто лет не было урока.
– Только не говори мистеру Фредди про завтра! – предупредил Билл. – Я не собираюсь таскаться по ярмарке с ним, буду выглядеть как круглый дурак.
Несмотря на страхи и все более истеричные газетные заголовки, Роуз с нетерпением ждала похода на ярмарку.
Она сказала Биллу, что из дома лучше выходить поодиночке – Сьюзен и так уже дразнила Билла, что он влюбился в Роуз, ни к чему давать ей лишний повод. Даже мисс Бриджес странно посмотрела на нее с утра, а ведь экономка-то всегда была на ее стороне. Билл как будто не замечал, что кроме него почти никто из прислуги не разговаривает с Роуз, и она не хотела указывать ему на это.
