Иногда так бывает, что сколько ни три кожу до розовых полос, сколько ни используй мыла, какими духами ни набрызгайся, а запах человека впитывается, вгрызается внутрь. Им пахнут волосы и руки, и везде, словно тонкий флёр, преследует один аромат.
Лемонграсса.
Я остановилась возле двери, не понимая, что со мной происходило и почему через облако духов я все равно пахла Кириллом. Хотя между нами ничего не было. Только объятия. И, наверно, я была действительно сильно пьяна, раз не понимала, кто и как меня обнимал. Но самое смешное, кто бы ни обнимал, всегда это будет не тот.
Который разбил сердце на осколки и прошёлся жёсткими подошвами по крошеву.
Это был не Андрей.
С одной стороны, этого достаточно, чтобы прекратить себя обманывать и все же дать волю чувствам, но с другой — я упорно уговаривала себя, что это всего лишь флешбек, не более. Тонкая полоска воспоминаний, которая грозила затянуть сознание полотном памяти.
И сейчас я должна была выйти к другому мужчине с другими привычками и повадками и улыбаться.
Стискивать челюсть и растягивать губы, чтобы он не заметил, что я люблю своего мужа. А потом долго быть в гостях, где бегала турецко-русская девочка с волосами цвета смоли, и была ее мать, моя соотечественница, которая признавалась украдкой:
— Знала бы ты, как я хочу домой, — говорила Лиля и проводила по лицу ладонью. Кирилл и его друг Амир, муж Лили, сидели на открытой террасе и курили кальян. А я сначала развлекалась с миловидной брюнеткой болтовней, следя за малышкой Нале, а потом… — У меня здесь никого нет.
И Амира тоже постоянно нет. Няня Нале стала мне ближе чем мать. И ты… русская девочка… Знала бы ты, как я устала жить в золотой клетке.
Лиля скучала по родным и начинала винить в своей тоске супруга, который пропадал с партнерами, уезжал в командировку или отдыхал с друзьями в Монако. Мне не хотелось говорить, что Лиля прекрасно знала, за кого выходила замуж, но потом до меня дошло, что я тоже знала, и это ничего не поменяло.
— Я скоро чокнусь среди турецких сериалов, постоянного контроля и днём сурка.
День за днём, день за днём… — Лиля отвернулась к окну и порывисто вздохнула. — К черту деньги, заводы, дворцы и пароходы, когда ты гниешь заживо, понимаешь, Ев?"
"Я ещё тот лекарь душ. Мне нельзя доверять такие вещи, я все испоганю окончательно, вот прям сейчас как ляпну…
Но сдержалась. Подошла и положила ладонь на плечо Лили. Она обернулась и, глядя на меня потерянным взглядом, не придумала ничего лучше, чем обнять.
