Черт! Я даже точку G не нашла ещё!
— Серьезно? — задал вопрос Кирилл, а я открыла глаза и посмотрела на довольное лицо с широченной улыбкой. Язык не слушался, и только по весёлой реакции Бестужева я сообразила, что все это я произносила вслух. Тихо. Но вслух.
Самолёт набрал высоту, и давление на легкие снизилось. Но это не помогло мне вздохнуть полной грудью.
— Знаешь, все, что ты сейчас думаешь, это не так. Мы долетим. Мы точно долетим, потому что иначе быть не может. Потом будет такси до отеля. Ты выспишься. Мы сегодня рано проснулись, и ты ещё очень уставшая, поэтому с паникой тяжело справиться.
Ты выспишься, а вечером мы сходим в ресторан или бар. Сходим же?
Я порывисто кивнула. Я сейчас на все что угодно готова была согласиться. И если честно, голос рядом добавлял оптимизма. С Андреем было сложнее. Он говорил, что я больше себя накручиваю, чем боюсь на самом деле. Он похлопывал меня по руке, а потом надевал наушники и смотрел дурацкую комедию.
А Кирилл…
— Рыжая, — обратился он ко мне и дёрнул за прядь волос сбоку, словно за косичку.
— Мы прилетим, и все будет хорошо. Потом обязательно я отведу тебя на авиасимулятор, и ты сама убедишься, что все не так страшно. Ты же водишь машину?
— Потому что на такси ещё страшнее, — отозвалась я, не зная, как проглотить слюни, чтобы не подавиться ими.
— Резонно, но самолёт ничем не хуже машины. Намного безопаснее, это точно.
Воздушная яма очень некстати оказалась на пути, и Кирилл прикусил язык. Я потянулась за бутылкой воды и, свернув крышку, постаралась проглотить слюни хотя бы вместе с жидкостью.
Удалось со второго раза.
— А куда ты с бабушкой летала? — не успокаивался Кирилл.
— На море. И много раз в Москву. Бабуля очень часто летала в Москву за вещами. Ей почему-то казалось, что, как и в восьмидесятые, у нас ничего путного не купишь. И она летом брала меня с собой…
В голове всплыли воспоминания, как мы с бабушкой возвращались из Москвы с несколькими чемоданами вещей, потому что меня надо было собрать в школу. Не папа же должен был этим заниматься.
— А с мамой? — не отставал Кирилл, и я понимала, что он просто пытается заставить меня говорить, и с одной стороны благодарила его за участие, а с другой — я не хотела многого рассказывать о себе…
— Она ушла рано. Мы ничего на успели с ней, — воспоминания прорезались нотами грусти в голосе, и Кирилл замолчал, поняв, что затронул не самую удачную тему.
Стюардесса прошла мимо с предложениями напитков, и Кирилл зацепился за новую тему.
